2
0Пока железные ворота дома автоматически открываются, возлюбленный поворачивается ко мне:
— Пожалуйста, — берет мою руку, — не будь строга к Алле.
Я уже поняла, насколько моя родная мать дорога Ване. Наверное, он любит ее больше, чем своего отца. И я должна дать Алле шанс.
Нет, нет так.
Нам с Аллой шанс. Хотя бы ради Ивана. Ему будет сложно разрываться между нами.
— Да, хорошо, я постараюсь.
Ворота открылись, и Ваня заезжает во двор большого красивого особняка. Не за долго до гибели мои приемные родители закончили строить большой дом у нас за городом. Они хотели переехать в него из квартиры, но не успели. Когда я приезжала из Москвы, и родители везли меня в тот дом, он казался мне сказочным дворцом.
Но особняк родителей Ивана…
Я сразу вспоминаю, что семья Макаровых входит в список «Форбс» как одна из самых богатых семей России.
— Я чувствую себя ничтожеством, — вырывается у меня.
— Что⁉
— Ты олигарх, — показываю рукой на дом.
— Не говори ерунду.
— «Форбс» включил вашу семью в список самых богатых семей России.
— Я понятия не имею, на чем основывались идиоты из «Форбса», когда включили нашу семью в этот дурацкий список.
— Вот на этом и основывались, — снова показываю на дом. — А я родилась в тюрьме какого-то далекого Уральского города.
— Инга, успокойся, — отвечает с раздражением. — Я даже слышать это не хочу.
Теперь мне понятно, почему Алла заподозрила меня в том, что я начала встречаться с Ваней из корыстного интереса.
— И вообще-то ты родилась не в тюрьме! — добавляет.
Меня это мало успокаивает.
Ваня отстегивает ремень и открывает дверь, с дрожью в сердце я делаю то же самое. Мы поднимаемся по ступенькам крыльца, выложенного аккуратной красивой плиткой, и заходим в дом. Первой я вижу Аллу.
Она стоит посреди стильной и богато обставленной гостиной. Видно, что нервничает. Она ждала нас.
— А вот и мы, — объявляет Ваня. — Всем привет! Чем это у вас так вкусно пахнет?
Я даже не заметила, что в помещении действительно витают очень вкусные запахи.
— Мы немножко подготовились к приезду молодежи, — в гостиную входит Ванин отец.
Он с улыбкой кивает мне и жмет руку сыну. Кажется, Ваниному отцу уже все известно. Помню, когда Алла рассказывала нам правду о своей жизни, она обмолвилась, что никто, кроме ее мужа, не знал, что у Аллы был ребенок. Значит, моя родная мама не хранила от Ваниного отца секретов.
— Я очень рада вас видеть, — Алла с робкой улыбкой на лице подходит к нам.
— И мы тебя, — Ваня целует мачеху в щеку.
Я не знаю, куда себя деть. Не могу же я, как Ваня, поцеловать Аллу в щеку. Это будет странно. Поэтому я просто киваю ей с вежливой улыбкой и стараюсь побыстрее отвести глаза. А она продолжает смотреть на меня. От ее взгляда горло стягивает колючей проволокой.
