4
0
— Почему?
— Это женская уборная! — взмахиваю рукой.
— О, Анюта, — смеется Рома, — поверь, тут не только целуются.
— Хорошо, где ты меня поцелуешь? — Тимур клонит голову набок.
— На улице! — рявкаю я и замолкаю, потому что я в очередной раз поторопилась и не продумала ответ.
— Да, я тоже хотел предложить выйти и проветрится, — кивает Рома и шагает прочь размашистым шагом. — Подышать свежим воздухом.
Глава 9. Поцелуи и вопросы
Выходим из клуба. Тимур с Ромой впереди, а я дефилирую за ними. Лицо у меня кирпичом, пусть внутри я вся извелась. Я согласилась на гнусные игры, которые уже начали меня менять. Еще неделю назад я бы в обморок упала, если бы прошла мимо толпы людей без трусиков. Да, они не в курсе, но я ведь знаю, что на мне нет белья и это меня… волнует.
Я вся такая плыву за Черновым и Уваровым высокомерной стервой, а под платьем ничего нет. Возмутительно, конечно, но это своего принудительный бунт против принципов и скромности, которым я невероятно гордилась.
Идем по тротуару к пустому летнику одного из баров. Над проемом висит табличка предупреждающая, что терраса на ремонте. Рому и Тимур ныряют в темноту, а я аккуратно переступаю кривую дощатую ступеньку.
— Осторожно, — Тимур подсвечивает смартфоном дыру между досок, и я ее неторопливо обхожу, глухо постукивая каблуками о дерево, с которого слезла краска.
— Ну, — Рома стоит у третьего по счету от входа стола и подманивает к себе рукой. — Не бойся, Анюта, я тебя не съем.
Подхожу к нему. В интимном полумраке пахнет пылью. До нас доносятся приглушенная музыка.
— Целуй, — улыбается и добавляет, — в губы, Анюта, а то я тебя знаю…
— Нет, не знаешь, — зло обхватываю его лицо ладонями и решительно впиваюсь в его полуоткрытые губы.
У меня нет выбора. Отнекиваться, истерить и возмущаться — толка не будет. Я уже и так прямым текстом говорила, что я думаю о каждом из них. Целую, но без языка, потому что моя смелость иссякла, как только наши губы соприкоснулись.
— И кто так целует? — Рома возмущенно отстраняется. — Анюта, впечататься в меня губами недостаточно.
— Как умею, — пожимаю плечами.
Подхватывает за талию, отрывает от пола и усаживает на стол:
— Тогда я научу тебя.
Тимур в стороне хмыкает, а упираюсь руками в грудь Ромы, немедленно вспыхнув смущением. Резко разводит колени в стороны, а затем делает шаг. он между моих ног.
— Не советую кусаться.
Въедается в губы, проталкивает язык за зубы и душит в объятиях. Какой тут кусаться? Я от его голодного напора забываю как дышать и моргать. Поглаживает по бедру, медленно его оголяя. Удары сердца оглушают, мозг плавится от головокружения, и Рому сменяет Тимур, который рывком подтягивает меня к себе и раздвигает ноги шире. Платье трещит по швам.
— Что же, — вглядывается в глаза, — покажи, чему тебя научил Рома.
