10
0И лягу спать. Устала. День такой сегодня длинный. И ты сам сказал. Стресс. Гормоны. И вообще!
– А ну иди сюда!
Солодов резко разворачивает меня.
С насмешкой и нежностью прожигает взглядом.
– Это вынужденная мера, слааадкая!
Шепчет, потираясь губами о мой висок.
– Вынужденная. Пока я не решу свои вопросы, ты и мой ребенок должны быть в безопасности! А вы мое слабое место! Впервые в жизни у меня слабое место появилось, понимаешь! И я не хочу вас потерять! Ну… Малыш… Иди ко мне.
Пробегается горячими губами по моему лицу. По глазам, которые уже на мокром месте от обиды.
– Не позволю поставить вас под удар! Поэтому придется потерпеть! И выброси себе, пожалуйста, всю ревность из головы! Ты.
– Хорошо, – киваю, шмыгая носом.
Чувствую, что снова расплываюсь в его крепких руках.
Плыву от его голоса. От взгляда. С такой теплотой и нежностью, что сердце щемить начинает!
– Таня. Я не монах. Никогда не скрывал этого. Но поверь.
– Хорошо, Жень, – киваю, отбрасывая обиды и ревность. – Я верю тебе. Если надо, я потерплю.
– Я люблю тебя, сладкая, – его пальцы начинают выписывать узоры на моих губах. Обжигающие узоры.
Скользят ниже.
– Люблю. Всегда помни об этом! Черт! Как же дождаться ночи!
Улыбаюсь.
Вот теперь верю каждому его слову!
Он же не может врать, правда?
Да ему и смысла нет.
Ради чего?
Чтобы затащить меня в постель? Так он уже меня затащил! Не только в тело. В самую душу пробрался!
Ради ребенка?
С возможностями Солодова он вполне может его у меня отобрать. Ничего я ему не смогу сделать!
Так что… Врать ему нет никакого смысла! Ведь правда же?
Это, наверное, наоборот. Я должна бы к нему ластиться. Ради того, чтобы ребенка у меня не отобрал! И в благодарность за все.
– Вот и хорошо, – кивает, снова без труда прочитав все по моим глазам.
– А теперь и правда пора в дом. Все здесь рассмотрим завтра. Ужинать и спать!
* * *
Дом оказывается во много раз роскошнее, чем территория вокруг него.
Любуюсь роскошью.
Но больше всего мне нравится камин.
Настоящий. С ароматом свежего дерева. С раскинутой перед ним на полу огромной пушистой шкурой.
Так и представляю себе, как мы сидим у этого камина вдвоем.
