3
0
— О чем ты?"
"— Спарта — это тоже ребёнок. Принципиальность — это всë здорово. Я оценила. Но… Быть может, к чёрту принципы? Надо бороться всеми способами. Срочно выкупать шестой пакет акций, чтобы уровнять вас во влиянии сейчас и… выбрать суррогатную маму, — понижаю я голос. — Юрист сказал, что это удовлетворяет требования по завещанию.
— Сначала, обсудим кое-что… — уклончиво.
Нет, ну это что такое начинается?!
Возмущённо веду бровью.
Отвлекается на телефонный разговор. Успокаивает очередного родителя…
Окей!
Ухожу.
— Мне так плохо… — жалуется она, положив голову на спинку дивана.
Сажусь рядом, обнимаю.
— Какой у тебя срок?
— Шесть недель.
Отпаиваю лимонадом.
— Легче?
— Аха…
— Вот, мятный, держи, — дарю ей чай. — Лимончик — в холодильнике.
Вывожу её на улицу. К скамеечке.
У Старших тренировка на уличном комплексе. Заметив нас, Марик бежит в нашу сторону.
— Что случилось?! — ловит её лицо в ладони, тревожно заглядывая в глаза.
— Укачало немного шесть недель назад, — шучу я, отдавая ему её в руки. — Пройдёт.
— Мне уже лучше, — делает она глубокий вдох. — Мар…
Тихонечко убирает его руки со своей талии.
— Здравствуйте! — притормаживает проходящий мимо Май, разворачиваясь к Алëне. — А меня к Вам Бессо Давидович отправил. На тесты.
Стреляет взглядом с лучезарной улыбкой. Смерив его недовольным взглядом, Марат, неожиданно впивается на мгновение Алёне в губы.
Она шокированно взмахивает руками, не успевая отреагировать.
— Звони мне сразу, если что.
Бросив ещё один взгляд в глаза Маю, уходит к брусьям.
Алёна покрывается румянцем.
Ну вот… Вернули кровь в щеки.
— Так… — открываю я удивлённому Маю дверь. — В кабинете подожди.
— Это что было?.. — шепчет ошарашенно Алёна.
Смеясь, усаживаю на скамеечку.
— Марик метит территорию. Живота же ещё не видно…
— Наглец! — мстительно.
— Он тебе ещё и две полоски на лбу нарисует, погоди.
Отворачиваемся от самбистов, пряча смех.
Глава 49 — Спасибо за женщину
Не могу прорваться к Аише. Как только пытаюсь, какой-нибудь ахтунг.
И в очередной раз меня опять ловят родители.
Договоры, проценты, расформирование…
— Бессарион Давидович, ну как же так?
— Это не мои инициативы, а руководства школы. Я, как тренер, делаю всë, что могу.
— Но разве не вы руководство? Договор же подписан с Вами.
— Я был — «исполняющий обязанности». Теперь, управляющий — другой человек. Но я Вам обещаю со своей стороны, буду за каждого воевать до последнего. А там уж… — развожу руками.
— Но школа же Ахметовых! Вы что её продали??
— Я не один — Ахметов. И школа не принадлежала мне никогда. Я просто ей управлял.
Устал, жуть…
— Дорогие родители, проблема быстро не решается. Но я делаю что могу. Идите пока домой.
