3
0Но есть же какие-то круглосуточные службы?
Держа дверь открытой нажимаю на звонок.
Аиша выглядывает. Длинное кремовое платье завязано в узел под бёдрами. Мой взгляд скользит по стройным загорелым ногам. Босая… А туфельки её стоят на тумбочке перед зеркалом.
— Бессо… — расстроенно. — Извините, ради Бога. Но сегодня всë отменяется. Я Вам звонила, но Вы не отвечали.
— А я телефон забыл.
— А у меня здесь вот… — расстроенно.
— Ну зачем Вы в холодной воде? — смотрю на её ноги. — Так и заболеть серьёзно можно.
— У меня документы здесь важные, их нужно спасти. Вы перезвоните, мы всë перенесём.
Телефон в её руке звонит. Отворачивается.
— Здравствуйте! Я только что звонила, да… — убегает за поворот. — Какой вентиль? Где его искать?
Вздохнув, разуваюсь, закатываю брюки и мужественно наступаю в воду.
Нужно, так нужно.
В комнате, где идут сеансы льёт прямо под потолком.
Поднимаюсь выше, стараясь не попадать под струи холодной воды. Отдираю декоративную панель. Лопнул хомут. Нормально так хлещет… А вентиль ниже, он не спасёт. Это у соседей сверху перекрывать надо.
Спускаюсь.
— Аиша?
Удивлённо заглядывает, опуская телефон. В руке пачка файлов.
— Полотенца бумажные есть?
— Конечно… Сейчас.
Шлепая по воде, идёт ко мне.
Решительно приподнимаю её за талию, прижимая к себе.
Касание лиц, дыхание смешивается… так близко! До мурашек…
Усаживаю на кушетку.
Глядя ей в глаза, отрываю несколько полотенец. Прикладываю к её ступням, промакивая их.
— Срочно вытирать. Я к соседям сверху. В воду не спускаться.
Отыскивают нужную квартиру. Перекрываем воду. Возле её дома покупаю нам два больших кофе в том фаст-фуде, где кормил Воробья.
Возвращаюсь, отдаю ей кофе. Отыскиваю перекрытые сливы в полу, открываю. Присаживаюсь к ней на кушетку. Находим круглосуточного сантехника. Вызываем.
— Ну всё… Ждём."
"Опираясь спиной на поднятую спинку, Аиша, заметив мой нечаянный взгляд на её ноги, распускает узел платья, пряча колени и подтягивая ступни.
Чихает.
Ну куда ты их прячешь, м? Я раскален как мартеновская печь, давай сюда, согрею…
— Спасибо, Бессо. Я бы здесь до утра это всë…
Снова чихает.
— Простите.
— Не прощу, если заболеете. У меня вообще-то сеанс. Я претендую на завтра.
Сажусь по-турецки напротив неë.
Задирая полувер, подхватываю ее ледяную ступню и прижимаю к своему животу.
— Немного телесно-ориентированной терапии от меня, — улыбаюсь вежливо. — Чтобы иметь шанс получить её завтра от Вас.
Вторую ступню тоже забираю в плен.
Улыбнувшись, она с интересом разглядывает мои кисти, которые поверх пуловера крепко держат её ноги, не позволяя сбежать.
Одна ступня скользит чуть выше, чем я её поставил, пальчики прижимаются там где истошно долбится моë сердце.
Уверен, она всë чувствует. И интерпретирует правильно.
