Моя малышка (СИ)

— Свою часть договора я выполнил. Теперь не вздумай мне на глаза попадаться. Даже разговаривать не стану, сразу удавлю.

— Я помню наш договор. Можешь быть спокоен, больше не пересечемся. Хотя конечно жаль такого бойца терять. Может передумаешь?

— Сейчас я передумаю уходить отсюда, пока тебе не втащу.

— Ладно, угомонись. Нет, так нет. Я тебя услышал. Кстати, красивая у тебя куколка, я заценил.

— Тим, не надо. — Стас попытался меня остановить, но немного не успел.

Не выдержав, стёр гаденькую ухмылку с лица Власова, приложив головой об стол, за которым он сидел. Не слушая гнусавых воплей, вышли громко хлопнув дверью. Охрана даже с места не двинулась. Надеюсь, больше никогда не придётся сюда возвращаться.

Домой нас закинули парни, я за руль садиться не рискнул. У меня сейчас видимость хреновая, разве что по приборам, глаз заплыл напроч.

Первым делом отправился в душ. Смыть с себя все дерьмо, которым, по ощущениям, пропитался насквозь. Холодная вода привела в чувства. Стало значительно лучше. Что даже удивительно, потому что на вид, я был похож на отбивную.

Вышел из ванной и застал Алису, сидящей на нашей постели, с аптечкой в руках. По всей видимости, она тоже только из душа. Волосы ещё влажные, сама в милом, коротеньком домашнем платье.

Подошел к ней, и аккуратно, еле касаясь, провёл рукой по щеке.

— Ты как? Тебя же не тронули там?

— Я нормально, меня правда не обижали.

— Испугалась?

— Да. Но за тебя, испугалась сильнее.

— Глупенькая моя. Со мной и не такое бывало и ничего, живой как видишь. — тут я конечно приукрасил. Подобного со мной ещё не происходило. Но малышке об этом знать не обязательно. Она только успокаиваться начала, незачем ей снова себя накручивать.

— Давай я обработаю все. Садись на кровать. А завтра в больницу поедем.

Не стал спорить и говорить, что в больницу мы точно не поедем. Послушно сел, позволяя лисичке начали манипуляции с моим нафаршированным лицом."

"Лисичка, дрожащими руками обрабатывала мою разукрашенную физиономию. От каждого ее прикосновения, сносило крышу и рвало тормоза напрочь.

— Очень больно?

— Терпимо. Не переживай. — боль — это последнее, о чем я сейчас думал.

Член уже давно встал в стойку, топорщась под полотенцем. Боль в теле ушла на второй план. Я уже ничего не чувствовал, кроме неуемного желания, обладать лисёнком.

Подол ее домашнего платья немного задрался, оголяя стройные бёдра, а я уже задрался сдерживать себя.

Плавно повел рукой, по ее бедру, неотрывно глядя в глаза. Малышка отреагировала сразу. Зрачки расширились, дыхание участилось. Она всегда такая, заводится, словно по щелчку, стоит только прикоснуться. Да что уж там, я и сам, как юнец рядом с ней, с вечно топорщащейся ширинкой. Даже в свои шестнадцать, не проводил столько времени, со стояком в штанах.