Мой милый повеса

Заиграли вальс, и Харт заключил Мэг в объятия.

– Вы недовольны, что танцуете со мной, а не с сэром Уинфордом?

Она ответила не сразу. Мэг недельной давности не раздумывая выпалила бы «нет!», но Мэг нынешняя, которая провела в обществе Люси Хант несколько дней, стала лучше понимать, что нельзя вести себя как наивная девчонка.

– Сэр Уинфорд довольно приятный джентльмен, – уклончиво ответила она.

Голос ее звучал идеально ровно и спокойно, хотя внутри все сжималось от волнения. Что, если Харт подумает, будто сэр Уинфорд для нее идеальный вариант? Что, если одобрит эту партию? Сара уже несколько раз заговаривала об этом. Правда заключалась в том, что, помимо разного рода других соображений, сэр Уинфорд действительно мог бы стать прекрасным кандидатом в мужья: чуть за тридцать, титулованный, богатый и вовсе не урод, к тому же весьма остроумный и очень милый. Чертовски мешало лишь одно – Мэг была безумно влюблена в Харта.

– Я про него ничего не знаю, – заметил Харт.

Ей показалось, или он и вправду пожал ей руку?

Мэг сосредоточилась и усилием воли смогла равнодушно проговорить:"

"– Насколько я поняла, у него поместье в Девоне и особняк на Лестер-сквер, а еще много лошадей.

– Это все он сообщил вам во время танца, да? – с усмешкой спросил Харт.

– Нет, – покачала головой Мэг. – Это Люси провела кое-какие изыскания.

Харт вскинул брови.

– Значит, Люси одобряет его кандидатуру?

– Ей нравится, что его не волнует отсутствие у меня приданого.

– Это достойно похвалы, – иронически заключил Харт.

Мэг взглянула себе под ноги. По крайней мере, в этот вечер она танцует вполне достойно: еще ни разу не споткнулась и не наступила ему на ногу. Мелочь, но приятно.

– Харт, я… должна поблагодарить вас за все, что вы для меня сделали.

Он оглядел толпу поверх ее головы.

– Мне кажется, если кого-то и благодарить, то герцогиню. По-моему, ваши туалеты и драгоценности ее заслуга.

Мэг вспыхнула и непроизвольно коснулась уха, словно опасалась потерять одну из серег.

– Это правда.

Харт скользнул по ней взглядом.

– Вы потрясающе красивы, Мэг: никогда больше не одевайтесь в тряпье.

В горле образовался ком, и Мэг запрокинула голову. Он сейчас что, вспомнил тот день, когда встал на защиту ее, шестнадцатилетней?

– Я долго не хотела принимать помощь, но она все же сумела меня переубедить.

– Почему не хотели? – удивился Харт, пристально разглядывая ее.

– Потому что… – Мэг отвела взгляд и устремила его в толпу. – …Я не хочу, чтобы меня жалели: это унизительно.

– Жалели? – Харт нахмурился. – Вы так это воспринимаете? Позвольте вас заверить, никто не относится к вам с жалостью.

Комок в горле стал таким большим, что мешал дышать, знакомый запах окутывал ее.