Мой милый повеса

Мэг ахнула, выгнула спину, а сосок превратился в ноющую болью точку, когда Харт начал ласкать ей грудь. Обхватив ладонями голову мужа, она зарылась пальцами в шелковистые темные волосы и откинулась на подушку. Он тем временем ласкал то один сосок, то другой: покусывал, сосал, лизал. Мэг металась, окунувшись в водопад еще неведомых ей ощущений, а когда его рука оказалась у нее между бедрами, и вовсе едва не задохнулась. Осторожно, едва касаясь, Харт погладил сокровенное местечко, потом пальцем раздвинул завитки и проник к нежным складкам. Чувства так переполняли ее, что она резко раздвинула бедра, но он попросил:

– Позволь мне сначала поласкать тебя, моя сладкая, расслабься.

Расслабиться? Да как это возможно, если от его прикосновений все ее тело напрягалось, как тетива лука? Она закрыла глаза, но когда он ввел палец глубже, вскрикнула и выгнулась.

– Харт!

Он накрыл ее губы своими, принимая крик в себя, а палец тем временем задвигался, и Мэг забыла обо всем: о чувстве стыда, замешательстве, неуверенности – все затмила волна наслаждения. А рука Харта продолжала творить чудеса. Кончик пальца нащупал чувствительный бугорок и принялся описывать вокруг него круги, потирать, надавливать, и это было настолько чудесно, что она опять вскрикнула, вытянулась в струнку, даже попыталась сесть.

– Харт, я не могу…

– Тшш, – шепнул он ей на ухо так, что мурашки побежали по спине. – Дай мне еще потрогать тебя. Обещаю: не пожалеешь.

Да она и так ни о чем не жалела, напротив: боялась, что он остановится, – но сумеет ли она справиться с собой? Ее вдруг словно охватило пламя. Харт продолжал ласкать тот самый бугорок до тех пор, пока она не запустила ногти ему в спину, не замолотила ступнями по постели, не зажала коленями его бедра, не выкрикнула его имя и не взорвалась, наконец, дождем из света и ощущений, доселе неведомых.

Когда Мэг вернулась с небес на землю, то неуверенно, будто вспомнив про стыдливость, улыбнулась мужу и натянула простыню до подбородка, прикрывая обнаженную грудь.

– Никогда не думала, что подобное возможно. Если бы знала, то сломала бы дверь в первую же брачную ночь, а не смирилась, когда ты меня выставил.

Харт рассмеялся и чмокнул ее в кончик носа.

– Рад, что тебе понравилось!

– «Понравилось» не то слово. Мне много чего рассказывали, но я даже не представляла, что…

Он улегся, опершись на локоть, и быстро спросил:

– Что рассказывали?

Мэг еще выше натянула простыню, до уровня глаз, и невинно захлопала ресницами.

– Ну… неважно.

– Нет уж, говори! Итак?.. – потребовал Харт с озорной улыбкой.

Мэг убрала простыню с лица и покусала губы.

– Подруги поделились со мной опытом обольщения.

Харт провел пальцем по краю ее ушной раковины, потом по тому же пути проследовал его язык, отчего ее охватила дрожь.