Лин-Ли

Еще бы: окраина, появляющаяся из темноты одинокая девушка… В нарядном платье — чтоб его, — край которого выглядывает из-под полы плаща…

— Линетта Деверо. Гильдия магов, — представилась она, пока никто не сказал того, за что в последствии всем стало бы неловко. Молодой подавился воздухом и стушевался, а тот, что постарше, наоборот, просветлел лицом. — Могу я осмотреть ребенка?

ГЛАВА 3

— Могу я осмотреть ребенка?

Мужчина кивнул и отступил, после чего Лина наконец смогла увидеть того, чья аура привлекла ее внимание еще издалека.

Это действительно был ребенок — мальчик, совсем маленький и щуплый.

Сначала ей показалось, что ему от силы лет пять, но, когда юный обладатель худенькой фигурки поднял на нее глаза, поняла, что ошиблась, — семь-восемь, не меньше. Просто очень тоненький, вероятно, из-за плохого питания. Отросшие несвежие волосы, слишком большая куртка явно с чужого плеча, с неаккуратно пришитыми заплатками из ткани другого цвета и фактуры на локтях и на том месте, где должен быть карман.

Мальчик сидел на вынесенной волной коряге, обняв руками худенькие плечи, и дрожал крупной дрожью.

Бросил на вновь прибывшую затравленный взгляд, словно волчонок, загнанный в угол, и, кажется, затрясся еще сильнее.

Линетта мысленно содрогнулась: как можно довести ребенка до такого состояния? И почему никому до этого нет дела? Куда смотрит магистрат?

— Привет. — Лина улыбнулась и сделала еще один осторожный шаг по направлению к мальчишке. Тот ощутимо напрягся, убрал руки с плеч и сжал обе ладони между колен. Смотрел на нее пристально и настороженно.

Лина мысленно выругалась, но улыбнулась шире и опустилась перед мальчишкой на корточки прямо там, где стояла, так, чтобы их глаза находились на одном уровне, но и не приближаясь.

— Меня зовут Лина, а тебя? — Заглянула в широко распахнутые глаза, слишком большие для маленького личика с впалыми щеками и острым подбородком.

Ребенок бросил вопросительный и удивительно взрослый взгляд поверх ее плеча, чтобы, вероятно, получить одобрение от все еще стоящего неподалеку от них сыскаря. Линетта оборачиваться не стала, продолжая смотреть на юного собеседника прямо и открыто.

— Моррен, — шевельнулись бледные губы.

— Очень приятно, Моррен, — подхватила Лина, немного воспрянув духом. — Дашь мне руку? — И первой протянула раскрытую ладонь.

Аура мальчишки была тусклой и рваной то ли от физического, то ли от морального истощения, а в районе поясницы притаилось что-то бурое и нехорошее, но о большем без прикосновения к пациенту Линетта сейчас сказать не могла.

Моррен снова с сомнением покосился в сторону мужчины, которого, видимо, уже признал для себя главным.