Лин-Ли

 — Глава сказал, что черным магам в Прибрежье не принято носить светлое, и настоятельно, — выделил интонацией слово ""настоятельно"", — рекомендовал мне… э-э… пересмотреть свой гардероб.

— А ты?

— А я напомнил, что белые маги не носят серые мешки лет уже этак двадцать.

— И? — не отставала Лина. Да, Ризаль, как и многие его ровесники, был не готов расставаться с традициями, и да, ответ наглого лорда был довольно-таки хамским, но она слишком уважала начальника, чтобы поверить, что тот вызверился из-за такой мелочи.

— И сказал, что в уставе форма одежды обозначена как свободная.

Устав, отчетность — это же больное место Ризаля. Большего педанта трудно себе представить.

— А он? — обреченно уточнила Линетта.

— Достал устав.

— И-и-и? — Она неосознанно подошла к подоконнику еще ближе.

— Да откуда я знал, что у него триста пятнадцатая редакция, — воскликнул Айрторн, и Лина инстинктивно отшатнулась, сама не зная: от голоса, прозвучавшего неожиданно громко, или от осознания масштаба бедствия.

— А поправка про форму…

— В триста семнадцатой, — охотно подсказал лорд. — Двадцать пятый пункт, третий подпункт.

— Вот че-е-ерт, — простонала Лина.

Одно дело — напортачить, нахамить, возразить Ризалю. И совсем другое — ткнуть его носом в то, что он в чем-то не компетентен.

— Что, все так плохо? — живо заинтересовался Айрторн.

Чудесно. Все просто чудесно. Не считая того, что Ризаль теперь лишит всех премии, потратив средства на печать обновленной версии устава, затем раздаст всем по экземпляру, заставит вызубрить и будет проверять.

— Увидишь, — мрачно пообещала она и отошла от напарника подальше — еще наобщается. Хотя, по правде говоря, уже. По горло.

Ризаля стало даже жаль — вот же удар по самолюбию. Но себя и остальных коллег было жальче. Даже Лукрецию и Ренье.

— Эй, где вы там? — подал из своей каморки голос дежурный.

Не оборачиваясь на лорда, Лина первой направилась к распахнутой двери. Айрторн спрыгнул с подоконника и поспешил следом.

— Держите, — дежурный, кажется, Генц (с братом-близнецом они работали посменно, и Линетта постоянно их путала), протянул ей, как первой подошедшей, тонкую стопку бумаг с прицепленным сверху маленьким листочком с адресом. — Распишитесь. — Пододвинул толстую книгу — журнал регистрации.

Лина уже занесла перо над нужной графой, как опешила, глядя на соседнюю — под заголовком: ""Исп-ли""."

"— Что это?

Генц — если это все-таки был Генц, а не Ренц — посмотрел на нее не понимая.