Вот только через неделю история не перепишется и мертвые не оживут.
Поэтому Линетта согласилась и покорно отправилась в пустой в это время зал ожидания, чтобы подробно изложить на бумаге все, что ей было известно.
Она устроилась за столом в центре зала и приступила к работе. Ей никто не мешал и не отвлекал. Изредка кто-то проходил мимо, хлопали двери. Пару раз пробегал Блант, но и он не подходил близко и не торопил.
А Линетта писала. Все, что запомнила, и все, что хотела бы забыть, да только не могла. В итоге исписала четыре листа, что-то зачеркнула и так и оставила, не став переписывать на чистовик, как делала прежде.
И все же она увлеклась — не услышала звука открывающейся двери и вскинула голову, только когда ее окликнули.
— Лорд Викандер, — пробормотала Лина, увидев мужчину, появившегося из коридора, ведущего от выхода из здания.
По правде говоря, она думала, что Айрторн вместе со своим наставником обретаются в кабинете главы, за соседней стеной. А оказалось, что их там и не было.
Викандер улыбнулся при упоминании своего ученика.
— Загрузил его бумажной работой. Ему иногда полезно.
Она улыбнулась в ответ. Наконец собрала листы в единую стопку и взяла в руку, чтобы отнести заждавшемуся Бланту.
— Вы хотели со мной о чем-то поговорить? — спросила Линетта прямо.
Какие-то несколько месяцев назад она ни за что не позволила бы себе подобной вольности с человеком, выше которого разве что сам король. Но сейчас почему-то не испытывала по отношению к стоящему напротив нее лорду ни смущения, ни страха.
Зато Викандер будто смутился сам.
— Хм… — отозвался он, каким-то усталым жестом потерев переносицу.
И Лина поощрительно улыбнулась.
— Может быть, присядем? — Качнула головой в сторону рядов стульев за своей спиной. — Разговор ведь будет долгим, не так ли?
Она же не дурочка, в самом-то деле. И то, что отпустила себя, на время позволив не думать о том, что будет дальше, еще ничего не значило, Линетта все понимала.
— Пожалуй, — кивнул темный маг.
Можно было потянуть время, сказав, что ей нужно немедленно передать отчет секретарю, но это выглядело бы уже ребячеством.









