Лин-Ли

 — Вам горячий подложить? — Обернулась вполоборота со сковородой в вытянутой руке.

— Давай уж, — благосклонно кивнула соседка. — А вы, между прочим, отлично смотрелись вместе…

— Розария…

— А как он на тебя смотрел… Я даже своего покойного мужа вспомнила. Вот по молодости…

— Госпожа Шосс, — не выдержав, Лина повысила голос.

Она тоже видела, как Айрторн на нее вчера смотрел, и от этого взгляда буквально плавились кости. Но это было вчера, поэтому нечего тут обсуждать, и точка.

— Ладно-ладно, — в кои-то веки покладисто согласилась соседка, потянулась к следующему блинчику.

— Танцевать, кстати, тоже. Когда не зажимается, — раздался веселый голос от двери, и Линетта едва не выронила сковороду из рук.

Линден стоял на пороге кухни, подперев плечом дверной косяк и скрестив ноги на уровне голеней, и улыбался.

Лина немедленно повернулась к плите, изобразив бурную деятельность. Блины ведь сами себя не пожарят, не так ли? Все дело в блинах, конечно же — в чем же еще?

А Розария тем временем рассмотрела вновь прибывшего.

— Слушай, — полюбопытствовала у него, прицокнув языком, — твое сиятельство, где ты отбеливаешь свои рубашки? Аж глаза слепит.

""Сиятельство"" скорчил ехидную гримасу.

— Я их не отбеливаю, я покупаю новые, — сверкнул белозубой улыбкой и наконец оторвался от дверного косяка и прошел в кухню — прямиком к плите.

Розария подозрительно притихла, а Лина с преувеличенной вовлеченностью в процесс налила на раскаленную поверхность еще одну порцию теста.

Ручку сковороды перехватили у нее еще на весу — Айрторн сам вернул ее на плиту, видимо, чтобы сэкономить время на препирательства.

— Пойдем поговорим? — из его голоса исчезли шутливые нотки, появилась настойчивость.

— Блины сгорят…

— Так я послежу, — немедленно вклинилась Розария, и ножки ее стула протяжно заскрипели, когда она резко отодвинула его от стола, поднимаясь.

Поразительная прыть. Что она там себе надумала, хотелось бы знать?

— Вот видишь, — с энтузиазмом подхватил Линден, — Розария поможет. Спасибо, Розария, — А сам при этом смотрел только на Лину.

Примерно так же он смотрел на нее прошлым вечером, когда уговаривал пойти танцевать, подначивая и ясно говоря взглядом, что отказаться все равно не получится.

Что ж, упрямиться было бы глупо. Она оставила ему возможность сделать вид, что ничего не произошло, но если он хочет это обсудить, то почему бы и нет? Они взрослые люди, в конце концов.

— Спасибо, Розария, — эхом повторила Лина, наскоро ополоснула руки, промокнула их полотенцем и направилась к двери.

— Я ваш должник, — шепнул Айрторн соседке и поспешил следом.