Мой ледяной принц

Уйти невозможно. Он загнал меня в ловушку. И я даже не могу увидеть выражения его лица. Это меня вывело из равновесия.

Что он задумал? Опять злая шутка?

Я подняла руку, чувствуя, как волоски на шее под ушком встали дыбом от его частого горячего дыхания. Но он мгновенно перехватил мою ладонь, и вывел ее вперед, а второй рукой захватил вторую мою руку. И прижался еще сильнее, вжимая меня в стол.

Тело полностью сконцентрировалось на нем, я каждой клеточкой ощутила, как ледяное сердце бьется в груди ледяного мальчишки.

— Знаешь, — сипло произнесла я. — Если ты приблизишься еще плотнее, у нас с тобой появятся дети.

Марк хрипло засмеялся, и дурацкие жгучие мурашки защекотали кожу.

Даже этот глупый подкол не остановил его. Он продолжил меня обнимать. А я ничего не могла сказать. Просто замерла, просто стояла, уставившись на наши сплетенные руки, лежащие на столе. И почему мои дрожат? Это так странно.

Мы же враги.

«Все страннее и страннее».

— Скоро пара начнется, — промямлила я, еле ворочая языком. — Марк…

Он рвано выдохнул и отстранился от меня. Я суматошно схватила книгу, и начала засовывать ее в рюкзак. Но у меня там лютый кавардак, поэтому я быстро выпотрошила весь хлам на стол и начала складывать все по порядку.

Главное ни о чем не думать сейчас. Никак не реагировать. Все потом.

Когда на столе уже ничего не оставалось, я подняла голову и обнаружила, что Марк неотрывно смотрит на меня. Молча. С необъяснимыми эмоциями в глазах. Словно впервые видит.

Будто из огромных лазурных озер исчезла вся краска. Они потемнели… какой-то нехорошей чернотой.

Пугающей.

Я опустила веки и обнаружила в руках Марка свой личный открытый дневник.

О, нет.

Только не это.

Никто не должен знать.

Сердце пропустило удар, и я просто вырвала дневник из его рук и помчалась из библиотеки. Кажется, Антонина что-то выкрикнула мне вслед. Но я не остановилась. Плевать.

Почему все без спроса берут мое личное? Почему? Мои чувства к Диме — это секрет. Он не должен узнать об этих откровениях. Ох, там такие глупости написаны! Я делала записи еще в школе, и они такие наивные и романтичные! Я строчила ему стихи и песни. Мне стыдно за себя. Он никогда, никогда не должен их увидеть! Если он их увидит, я провалюсь сквозь землю.

И тут, пока бежала, летая в своих мыслях, резко на кого-то наткнулась. Подняла голову и широко распахнула глаза, заливаясь жаром смущения.

О, нет!

Нет, нет, нет… Что это за виноватый взгляд?

— Лиза, — мягко произнес Дима. — Я тебя искал.

И он нежно взял меня за руку. Сжал мои пальчики.

— Не смей трогать ее, — прозвучал грубый голос позади нас.

Я повернулась. На нас хмуро смотрел Марк. Он сделал несколько уверенных шагов, и схватив меня за запястье свободной руки, дернул к себе. Но и Дима удерживал меня крепко.