1
0А посреди этого бардака восседала злая-призлая Аленушка.
— Нагулялась? — вскочила она, уничтожая меня взглядом и интонациями. — Довольна?!
— Нагулялась, — грустно шепнула я, оглядывая гору документов, тетрадей, карандашей, альбомов, и других своих личных вещей, сваленных в одну кучу посреди комнаты. Такому срачу я точно недовольна. — Ален, а убирать кто будет?
— Ты так сильно меня ненавидишь? — яростно зашипела она. — Решила брать наскоком, да? Сразу кинулась к нему в постель? Правда думаешь, что тебе это поможет?
И она заливисто расхохоталась.
— Ален, я не хочу слушать этот бред. Пожалуйста, иди к себе, — вежливо попросила я.
— О, Дима такой хорошенький, Димочка такой красивый, Дима, Дима, ах, Дима, — зачитала она противным тоненьким голосом, открыв мой личный дневник. — Подари мне свое сердце, Дима… — она усмехнулась. — Быстро же ты переобулась.
— Ты… — начала задыхаться я. — Это личное!
Вот это она зря. Меня затрясло. Я не на шутку разозлилась. Выхватила дневник из ее наглых пальцев, и бросила его в рядом стоящий рюкзак. А затем, открыла двери своей маленькой комнатушки и указала сестрице на выход.
— Таких, как ты, знаешь сколько у него было! — закричала она мне в лицо, стоя на пороге. — Все на одну ночь!
Меня эта информация не должна была задеть, но отчего-то покоробила.
— Спокойной ночи, сестрица! — и она стремглав вылетела из моей комнаты.
Глава 10
Только не это
Праздничные выходные закончились. И я наконец-то счастлива, потому что смогла выбраться из дома. В стенах университета можно дышать полной грудью.
В какой-то момент уже молилась, чтобы учеба поскорее началась, потому что дома сущий ад. Мама бесконечно бубнит под ухом о моем эгоистичном характере, Аленушка пыхтит с ненавистью о том, что я пустышка, и Марк меня просто использовал. И вразумить ее абсолютно нереально.
Благо, в последний день перед учебой она на весь день убежала к вернувшийся со столицы Васнецовой Катьке. Две закадычные подружки наверняка, перемыли мне все косточки.
То-то у меня ушки горели.
Но меня это не колышет. Пусть сплетничают, если им это нравится.
А вот и Катька. Идет по холлу универа, будто она здесь королева. Осанка прямая, бедрами виляет в разные стороны. Скрылась в нашей аудитории, но перед этим окинула меня презрительным взглядом. И не так ведь, чтобы мельком окинула, а показушно прошлась глазами, от макушки до кончиков пят. И усмехнулась гаденько.
— Змея.
— То ли еще будет, — просопела Женечка. — Нет, ну Лизка, ну как ты так, зная свою сестру истеричную, поехала к Марку домой. Ночью! Я в шоке.
— А что мне было делать? Замерзнуть на улице?
— Я бы лучше замерзла, — прошептала Женька.
Я вздохнула, роясь в рюкзаке.
