0
0
По коридору разносятся басы и биты, но они неожиданно сходят с дистанции, уступая место лирической мелодии. Повезло. Не удивлюсь, если это Катя наколдовала, воспользовавшись своей книжной магией. Покачиваемся с Елисеем в такт, медленно переставляя ноги, в груди звенит хрустальная трель, сливающаяся со звуками музыкальной композиции.
«I will never let you slip awayFrom my hands, from my hands»«Slipping Away»Jacob Miller feat. Matt Naylor & Steven Stern– Красивая песня, – говорю я. – Книжный герой сейчас перевел бы ее текст.
– Я никогда не дам тебе… – шепчет Елисей рядом с моим ухом.
– Ты до невыносимости идеален.
– Я могу перевести только это.
– И все равно.
– На самом деле у меня куча недостатков, Лана, но ты уже по уши влюблена и совсем их не замечаешь.
– И правда, – хмыкаю я. – Ты куришь, все время пялишься в телефон, слишком прямолинейный и наглый. Считаешь себя умнее других, любишь бить людей, а еще…
– Все, все, хватит. Сойдемся на том, что я идеальный.
– Ты все равно нравился бы мне, каким бы ни был, – вздыхаю я. – Ты понравился мне еще до того, как мы познакомились.
– Сейчас я тоже должен перечислить твои недостатки и признаться в чувствах?
– Я и так знаю, что ты влюблен в меня, – отвечаю я сквозь улыбку.
– Самоуверенность, – резюмирует Елисей.
Щиплю его за плечо.
– Утиные наклонности, – не останавливается он. – Чудное чувство юмора, неуклюжесть…
– Прекрати! Я поняла, мы два чудика, которые идеально сошлись в своих неидеальностях.
– Похоже на то.
Песня заканчивается, а мне так этого не хочется, потому что на последних нотах в животе появляется колючий комок тревоги. Закрываю глаза и сильнее прижимаюсь к Елисею, не желая его отпускать:
– Сегодняшний вечер обязательно должен закончиться плохо?
– Нет.
– Правда?
– Да, – уверенно говорит Елисей. – Что бы ни случилось, на нас это не повлияет. Единственное, я могу потерять пост генерала, и если это для тебя…
– Да плевать мне на пост!
– Тогда не о чем волноваться.
– Почему ты так уверен, что Дьяков придет?
– Потому что я бы пришел.
– Но что он может сделать?
– А вот этого я уже не знаю, но… Лана…
– Я на твоей стороне, – перебиваю решительно.
– Ты так и не спросила до сих пор, и я ценю это, но то, что сказал тогда Сева, правда.
Елисей обхватывает мои плечи и заставляет отступить на шаг. На его лице ледяное сожаление, которое сдавливает мне сердце.
– Я избил тех парней. Меня гнобили в гимназии, я был кем-то вроде мальчика для битья, и в один момент потерял контроль.
– У тебя не было выбора. Ты просто защищался.
– Не совсем. У Андрея есть повод для ненависти, как, собственно, и у меня.
