Метод книжной героини

Теперь я очень хорошо понимаю, что чувствуют родители, когда их дети собираются куда-то на ночь глядя.

– Во сколько ты планируешь вернуться? – строго спрашиваю я.

– И вот мне снова семнадцать, – усмехается папа, поправляя воротник пальто.

– Это не ответ.

– До которого часа ты меня отпускаешь?

– До десяти.

– Солнышко, уже половина девятого, я успею только приехать в ресторан, поздороваться со всеми и вернуться назад.

– Вот и отлично.

– Лана, – ласково произносит отец, поворачиваясь ко мне лицом, – все будет в порядке. Я обещаю.

– Они будут заставлять тебя пить.

– Ты связался с плохой компанией, Антошка! Не дружи с ними! – пародирует папа бабушку Олю, которая до сих пор его так называет.

– Вот именно! Зачем тебе вообще туда идти? Юбилей коллеги? Что ты о нем знаешь, кроме имени и должности?

– Затем, что мне нужен социум, чтобы не сойти с ума. Доктор одобрил, и я не стану пить больше трех бокалов. Договорились?

Делаю глубокий вдох и медленный выдох, успокаиваясь. Я понимаю, что нельзя запереть отца дома и оградить от всех соблазнов, что ему необходимы общение, свобода и новые знакомства. Все понимаю, но не могу не волноваться.

В конце концов, взрослые – это те же дети, просто за них уже никто не переживает, потому что они должны быть рассудительными и ответственными, но это не всегда так. Если взять компанию подростков и компанию взрослых, то глупостей могут натворить и те, и другие. Просто к первым изначально относятся предвзято, а вторых всегда пытаются оправдать, ссылаясь на проблемы взрослой жизни. Логика и справедливость ниже нуля.

– Извини, меня занесло, – говорю я, оглядывая отца с ног до головы. – Ты классно выглядишь. Повеселись там.

Папа шагает ближе, обхватывает мою голову ладонями и целует в лоб:

– Спасибо, солнышко. Ты тоже не скучай, ладно?

Смотрю в его горящие предвкушением глаза сквозь стекла очков и улыбаюсь. Он заслужил отдых, а мне остается лишь верить в него и надеяться, что все пройдет хорошо.

– Ладно, – уверенно киваю я. – Последую твоему совету и напишу Елисею первая, вот и развлекусь.

– Отличный план. Ну все, пожелай мне удачи.

– Удачи, папуль.

Закрываю за отцом дверь и отправляюсь в спальню. Сажусь на кровать и беру в руки телефон. Да, я напишу.

Так напишу, что Елисею мало не покажется.

Лана: «Теперь я понимаю, почему у тебя не было долгих отношений. Мы расстаемся!»

Вот так тебе, умник! Получай! Довольно ухмыляюсь, но удовлетворение длится всего несколько секунд. А что, если он даже не ответит? Что, если он снова надо мной пошутил, и… Падаю на бок и подтягиваю колени к груди. Сердце болезненно сжимается, и я открываю страницу Елисея. Он, точно призрак, аватарки нет, фотографий тоже, музыка и друзья скрыты. Профиль пуст, словно за ним и нет никого.