Метод книжной героини

Хорошо, я их нашла, но… что теперь? Что сделала бы книжная героиня? Наверняка нырнула бы в тот огромный декоративный куст возле стены или залезла под соседний стол, чтобы подслушать. Заманчиво, но вряд ли эффективно. И почему мы не тестируем шаблоны фэнтезийных романов? Мне бы мантию-невидимку или какое-нибудь зелье, улучшающее слух. Надо было все-таки подумать о жучках.

Вздыхаю и поднимаю голову: арочные проемы верхнего этажа, огороженные металлическими перилами, отлично подходят на роль наблюдательного пункта. Я не смогу их слышать, но видеть буду отлично.

Лучше, чем ничего."

"Если честно, я думала, что слежка – веселое занятие. В фильмах и книгах это именно так. Пять минут, и ты знаешь о человеке все, получаешь ответы на вопросы и раскрываешь секреты, но в жизни… это полный отстой. Полчаса я наблюдаю за генеральской свитой, и все, что узнаю: Денис и Вероника целуются каждые четыре с половиной минуты, Витя не стесняется демонстрировать навык художественной отрыжки, а Рома пытается подкатить к Насте Соловьевой, подруге Вероники, но она, кажется, положила глаз на Елисея, который в свою очередь старательно делает вид, что ничего не замечает.

Громкий смех за столом заставляет включить внимание на максимум. Настя хохочет и хлопает Елисея по плечу, оставляя ладонь приклеенной к его рубашке. Он едва заметно напрягается, сжимая челюсть. Не нравится? А может, смущается? Вот это будет номер, если он боится девочек. Елисей поворачивает голову, не поднимая подбородка, копна его темных волос точно защитная маска. Настя пытается поймать его взгляд, но это непросто. Происходит короткий диалог, который я, к сожалению, не могу услышать, и Елисей ныряет под стол, чтобы поднять с пола рюкзак.

Ладонь Насти соскальзывает и обхватывает стакан с напитком. Соловьева выглядит немного расстроенной, а Елисей… У меня большие сомнения в том, что он вообще может испытывать эмоции, но чем больше я на него смотрю, тем больше кажется, что он печален, а не отчужден. Такое чувство, что он держит в себе слишком много, и если все это вырвется, то случится как минимум Армагеддон. Ого! Я уже думаю, как книжная героиня. Катькины тренировки точно прошли не зря.

– Бу! – звучит за спиной веселый голос, а в ребра вонзаются пальцы.

Подпрыгиваю на месте и оборачиваюсь, поперхнувшись.

– Кать, ты с ума сошла? – хриплю я, поглядывая через плечо. – Тайная операция предполагает осторожность. Ты ведь сама это придумала.

Она смотрит вниз на ресторанный дворик и удовлетворенно кивает:

– Все под контролем, мы не раскрыты. Как дела? Узнала что-нибудь?

– Ты когда-нибудь слышала песни Мияги, исполненные отрыжкой?

– Нет.

– А я слышала. Может, пойдем домой? Они просто сидят, ничего интересного.