Мятежный

– До или после нашего секстинга?[32] – Я прислонилась плечом к той же стене, к которой Роман пригвоздил меня ранее утром. На желтой облупленной поверхности стены еще было заметно влажное пятно спермы, и мне потребовалось приложить усилия, чтобы не опуститься на колени и не стереть его.

Роман прикончил банку пива залпом и, смяв ее, отправил в мусорку.

– До. Помнишь мою речь о том, чтобы не вздрагивая смотреть в зеркало?

– Да.

– Так вот я больше не смог этого делать.

– Делать что?

– Трахать других женщин, когда у меня появилась девушка.

Он снова назвал меня так, но в этот раз в конце его предложения будто стоял вопросительный знак.

Мне казалось, словно в моем животе тысячи гусениц разом превратились в ослепительных бабочек, живых и окрыленных надеждой. Я пыталась найти признаки сомнения на лице Романа. Или сарказма. Или обмана. Чего угодно, что сделало бы его слова менее реальными и вернуло бы меня на землю. Но его лицо не выражало ничего. Он умело скрывал эмоции.

– Я? – ухмылка расползлась на моих губах.

– Ты мне скажи. – Он приподнял одно плечо, его защитная стена поднималась и почти достигла глаз.

– Ну, раз уж ты бросил ради меня свою престижную работу, я не могу ответить тебе отказом.

– Ты всегда можешь сказать мне «нет», – серьезно возразил он.

– Я хочу быть твоей девушкой, Роман.

– Хорошо. Потому что у меня есть целый список того, что я хочу с тобой сделать, и ни один из пунктов не попадает в зону просто дружбы. – Он подошел ко мне и поцеловал губы, нос и подбородок. Мое сердце стало таким хрупким, что легко могло сломаться в его огромных руках.

– Насчет того, что произошло утром… – начал он.

– Я на таблетках. – Поднявшись на носочки, я подарила ему поцелуй.

Наши губы потрескались и припухли, и мы оба немного вздрогнули, прежде чем я отстранилась.

– Я знаю. – Он провел пальцем по моей руке.

Мне даже не требовалось спрашивать, откуда он знал. Я добросовестно принимала противозачаточные таблетки с момента аборта. Блистер из фольги лежал на моей тумбочке, рядом с бутылкой чистой воды. Я принимала по одной таблетке каждое утро перед тем, как отправлялась чистить зубы.

Мы вышли и направились к его пикапу.

Возможно, печально известный в городе Бэйн Проценко остался прежним, но я спускалась с его яхты совсем другим человеком.

Я стала живой, и меня переполняли силы.

Я расцвела.

Прежняя Джесси больше не стучалась в дверь моей души. Она вынесла ее одним ударом.

И проникла внутрь, принеся с собой свет.

* * *– Что ж, кто-то выглядит так, будто его хорошенько трахнули. – Гейл хихикнула, когда бедром захлопнула дверцу холодильника, перебрасывая через плечо кухонное полотенце.