Мятежный

Я сдержалась от комментария о том, что Пэм, похоже, не слишком заботила репутация Бэйна, когда она хотела залезть к нему в штаны, и меня тут же охватило пламя ревности. Она пыталась соблазнить Романа. Моего Романа. А сейчас вела себя так, будто он был грязью.

– Ну, какова бы ни была его репутация, я согласилась работать в его кофейне, – сказала я и поднесла ко рту кусочек спаржи, прикусила его кончик, а затем погладила ногой Шэдоу под столом. Пэм нахмурилась, а Даррен положил приборы рядом с тарелкой, изо всех сил стараясь не швырнуть их.

– Я как раж хотел поговорить ш тобой об этом.

Я так рад, что ты решила найти работу. Но как нашчет того, чтобы поработать на меня? Я гарантирую хорошую жарплату, доштавку до работы, и, конечно же, ты шможешь брать штолько отгулов, школько нужно.

Его улыбка словно выражала извинение, а взгляд пристально следил за мной.

– Спасибо, Даррен, но я счастлива в «Кафе Дьем».

– Перестань быть такой неблагодарной! – воскликнула Пэм с противоположной стороны стола. – Даррен предлагает тебе уникальную возможность. Думаю, тебе стоит ее принять.

– Ты уже воспользовалась его предложением, – усмехнулась я.

 – Только много радости тебе это не принесло, правда?

Она встала, бросив свою салфетку на стол. Думаю, она закончила со своим крошечным кусочком курицы.

– Да как ты смеешь!

– Как я смею? – спросила я, сидя на своем месте, мой пульс оставался размеренным и спокойным. – Это как ты смеешь? Ты забыла о моем существовании, пока в кадре не появился Бэйн, и мы обе знаем, почему теперь ты стала проявлять такой интерес к моей жизни.

– Джешши! – настала очередь Даррена подняться с места и хлопнуть по краю стола. – Не ражговаривай в таком тоне шо швоей матерью!

Чтобы не отставать ото всех, я тоже встала.

– Открой глаза, Дар. Она спит с доброй половиной Тодос-Сантоса и даже не скрывает этого.

– Меня не жаботит она! – рявкнул он, его лицо покраснело, а глаза налились кровью. – Я волнуюшь о тебе. Вы ш Бэйном дружья или нечто большее?

– Большее, – прощебетала я. – Гораздо большее, Даррен. Ты себе даже не представляешь насколько.

Эти слова я адресовала Пэм как явное предупреждение, но именно Даррен выглядел так, будто готовился взорваться.

– Ты ш ним шпишь?

– Боже, – я со смехом покачала головой.

 – Тебя не касается, с кем я сплю. Ты не мой родной отец, помнишь?"

"– В таком случае ты не моя дочь! – прокричала Пэм. Боже, как бы мне хотелось, чтобы это оказалось правдой. К сожалению, сходство между нами, до того, как она начала делать пластические операции, было просто поразительным.

Я устало вздохнула.

– Я бы посоветовала подать на меня в суд, но у меня нет ничего, кроме имени моего богатого отчима.

– Это неправда. Ты унашледуешь все, что у меня ешть, Джешши. Ты жнаешь, я жабочушь о тебе.