Медведь

Я бы на их месте сделала то же самое. Но могли бы предупредить!

Не могли… связи нет.

— Мы, значит, приехали, — наконец подает голос папа, переводя свой тяжелый взгляд на меня. — И тут нам говорят, что какой-то хрен увез тебя в лес…

Да, мой папа не всегда выбирает выражения.

— Какой-то хрен — это я, — встревает Медведь. — Кстати, прошу прощения за грубость при встрече. На самом деле я очень рад вас видеть.

— Не он меня увез, а я с ним уехала! — огрызаюсь я.

— А предупредить? — закипает папа.

— А вы меня предупредили, что приедете?

Я вижу, что папа покрылся красными пятками. А это значит, что он сейчас взорвется.

Потому что его взгляд упал на разобранный диван, на котором мы с Медведем спали. Домик небольшой, все на виду, кухня соединина с гостиной. Ничего не спрятать…

— Вы, значит, тут…

— Мы тут грибы собирали, — выпаливаю я.

А ведь это чистая правда! Только этим мы с Михеем и занимались. Ничего запретного сделать не успели. Честно-честно!

И я предъявляю корзинку, полную грибов.

— Вот. Подосиновики. Маслята. Опята тоже есть. Тут знаешь какие грибные поляны! Идешь и спотыкаешься о грибные шляпки.

Я замечаю, что Михей прячет улыбку. Смешно ему… А мне нет. Я пытаюсь отвлечь папу. Он знатный грибник, запросто может повестись на это.

Но, блин! Михей прав. Это смешно. И глупо. Я не должна оправдываться. Просто папа застал меня врасплох. И я вдруг почувствовала себя маленькой девочкой.

Но мне уже двадцать шесть лет! У меня своя взрослая жизнь. Недавно началась…

Только я открываю рот, чтобы популярно объяснить это отцу, как он начинает орать на Медведя:

— Ты увез ее в лес!

— Да, — спокойно отвечает он.

— И ты…

Он снова бросает свирепый взгляд на разобранный диван. И подбирает слова, чтобы обозначить безобразие, которое тут творится. Уверена, если бы они с Михеем были одни, он бы слов не подбирал. Но тут мама. И я.

— Естественно, — все так же спокойно произносит Медведь. — Мы с Юлей спим вместе.

Зачем он это говорит?! Кто его тянет за язык?

— Мы вообще вместе, — продолжает Медведь. — Все серьезно.

— А свадьба когда? — вдруг спрашивает папа.

Что? Что, блин, за вопрос? И что за вмешательство в мою личную жизнь?

Я снова открываю рот, чтобы объяснить всем присутствующим, что я взрослая женщина и могу делать что хочу и с кем хочу. И никто не обязан после этого на мне жениться.

Но я не успеваю это сказать. Потому что Медведь внезапно выдает:

— Свадьба пятнадцатого октября.

Что???

Я поворачиваюсь и ошарашенно таращусь на него.

— А мы почему не в курсе? — спрашивает мой растерявшийся отец.

А мама тихонько охает, приложив руку к груди.

— Пятнадцатого… через месяц, — слышу ее шепот."

"— Да вот, как раз собирались к вам в гости, — не краснея, врет Медведь. — На следующей неделе.