3
0Константин встал, открыл чемоданчик и показал хозяину квартиры сверкающие хромом хирургические инструменты:
– Знаешь, что это такое?
– Да ты совсем сдурел, что ли? – хрипел Игорь Иванович. – Да ты знаешь, кто я такой?"
"– Знаю, что ты чужие деньги оприходовал! – перебил его Константин. – И это было твоей большой ошибкой...
– Какие деньги? – заверещал Игорь резаным поросенком, снова пытаясь высвободиться. – Понятия не имею, о чем ты говоришь!
– Лучше признайся, Игорек! – воскликнула Оксана, подпустив в голос вполне натуральный ужас. – Они все равно все знают! Это очень страшные люди.
– Что ты несешь? – растерянно отозвался ее прежний мучитель. – Не слушайте ее, она врет! Она сама не знает, что говорит!
– Вот как? – Константин долгим взглядом окинул Оксану, потом повернулся к Игорю: – А я склонен ей верить больше, чем тебе! Знаешь, что мы сейчас сделаем? Мы разделим вас, голубочки, и посмотрим, кто из вас быстрее расколется. Устроим между вами соревнование. Кто раньше и лучше запоет, у того будет больше шансов остаться в живых!
Ох, каким взглядом ответил ему Игорь Иванович! Угроза постепенно уступала в нем место страху.
Он растерялся.
Константин повернулся к одному из своих подручных, снова щелкнул пальцами и показал на Оксану:
– Отведи ее в другую комнату. Сейчас я разберусь с этим красавчиком и зайду поговорить с ней...
Бандит схватил Оксану за плечо, вывел в коридор и втолкнул в дальнюю комнату.
Эта комната была обставлена так же просто, как первая, – диван в потертой бежевой обивке, низкий комод с поцарапанной столешницей и небольшой застекленный книжный шкаф, только вместо книг стояли там старые канцелярские папки с завязочками. Стекло на одной из полок было выбито, на другой – треснуто и заклеено синей изолентой, и на папках видны были лиловые выцветшие штампы – не то «Спецсанупр», не то «Начспецком», а то и вовсе что-то нечитаемое.
Оксана опустилась на диван и затихла.
Из соседней комнаты донесся приглушенный крик – видимо, Константин приступил к допросу.
Оксана вздрогнула и покосилась на своего стража. Тот и бровью не повел. Не смотрел злобно, не усмехался мерзко, не грозил увечьем и смертью – просто спокойно смотрел перед собой. Дисциплинированный, значит, приказа ждет.
Оксана вжалась в спинку дивана и задумалась о своем положении.
Пока с каждым часом оно становилось все хуже и хуже.
