3
0Террористы это, вот что я вам скажу! Там, в СВ этом, большие шишки ездят!
– Болтаешь больно много, – осуждающе сказал проводник, – хуже бабы...
– Коля, да иди же ты оденься! – позвал из купе нервный женский голос. – Да и вещи надо собрать!
На пороге появилась растрепанная женщина в расстегнутой кофточке и утянула мужа назад.
– Вот тебе и СВ, – протянул кто-то. И закончил традиционно: – Богатые тоже плачут...
Оксана устремилась к проводнику и тронула его за рукав.
– Что там случилось? Есть жертвы? Я не просто так спрашиваю, – заторопилась она, видя, что он нахмурился и пошлет ее сейчас подальше, – я там ехала, в пятом купе.
– А а... – В его глазах проступило узнавание, и она вспомнила, что встретила этого человека, когда шла в вагон-ресторан. Он еще подмигнул ей. Господи, как давно это было!
– В пятом купе, говоришь? – проводник помрачнел еще больше. – Повезло тебе, девушка. Пятое купе дотла выгорело. И соседние два тоже. Никто оттуда не спасся. Так что как приедешь в Питер, самую большую свечку Богу поставь, спас он тебя, вот что...
Он отвернулся и пошел по коридору в соседний вагон, Оксана же осталась стоять парализованная.
Снова из соседнего сгоревшего вагона потянуло химической гарью и еще чем-то отвратительным. Оксана с ужасом сообразила, что так пахнет горелая человеческая плоть. Ее затошнило. Дверь вагона была открыта – какие-то люди сновали туда-сюда. С улицы тянуло свежестью, и Оксана шагнула туда, прямо в открытую дверь.
Она непременно упала бы прямо на насыпь, если бы ее не подхватили сильные руки.
– Осторожнее! – крикнул кто-то. – Так и ноги поломаете!
Какой-то мужчина помог ей утвердиться на ногах, она равнодушно отмахнулась и побрела в сторону, где ее вытошнило прямо на покрытую копотью землю.
Стало немного легче. Прошла головная боль, исчез тугой комок, стоявший под горлом.
Оксана огляделась по сторонам.
Поезд стоял. Вокруг не было ни огонька, ни намека на человеческое жилье, только чахлые кусты с остатками листьев жались к насыпи да вдали виднелся лес, к которому уходила линия передачи.
– Люся... Люся... ну Люся...
Солидный мужчина прижимал платок к щеке, тщетно стараясь остановить кровь из глубокой царапины, его светлый плащ был вымазан глиной.
