5
0Огромная вычурная конторка с гнутыми золочеными ножками, с кучей небольших ящичков, каждая ручка на котором была произведением искусства, казалась здесь чем-то совершенно инопланетным, абсолютно не вписывающимся в мрачноватый, почти готический интерьер библиотеки. Одна из ножек была немного обломлена, и под ней лежал обыкновенный плоский булыжник.
На конторке россыпью белели груды свитков. В позеленевшем медном подсвечнике дымилась и чадила темно-желтая свеча, освещая маленького хозяина здешних мест.
Пожилой, сгорбленный библиотекарь, одетый в потертый, посеревший на месте швов черный костюм, казался рожденным именно здесь, причем самой библиотекой. Он подслеповато щурил глаза под нависшими седыми бровями, пытаясь разглядеть визитера, и машинально тер чернильное пятно на указательном пальце. Маленькое морщинистое личико окружали выбившиеся из седого хвостика пучки и прядки волос, завершая образ книжного червя.
Похоже, старик видел здесь людей не так часто, чтобы научиться быть вежливым. Недовольно охая, он слез с высокого стула, неуклюже поклонился принцессе и скрипучим голосом спросил:
— Чего изволите?
Мария и сама толком не понимала, чего она изволит, поэтому замялась, пытаясь сформулировать вопрос. Старичок нетерпеливо потоптался, придерживая себя за поясницу, и забурчал:
— Книга сказок забрана госпожой Мерон для принцессы Лютеции. Если вам, ваше высочество, исторические анекдоты надобны, так они числятся за дофином… — старичок недовольно жмурил подслеповатые глазки, и Мария спросила:
— Скажите, почтенные мэтр, а вам не слишком темно здесь?
На умном, чуть обезьяньем личике библиотекаря отразилась такая растерянность, что принцесса торопливо добавила:
— Если желаете, я сейчас попрошу Эмми принести для вас еще пару свечей. Так вам будет лучше видно.
С этого момента началась странная дружба мэтра Холантера и принцессы Марии Валуант. Дружба, которую оба постарались сохранить в тайне от окружающих.
Глава 11
Пожалуй, со стороны Марии эту дружбу можно было назвать корыстной. Больше всего на свете ей нужны были общие сведения об окружающем мире. И старый библиотекарь был именно тем человеком, кто мог ей их дать.
Оказался он не самым приятным собеседником. Слишком много в старике было обиды на нищенскую жизнь при дворе, слишком много ехидства и умения задавать каверзные вопросы, слишком много снобизма и кичливости собственными знаниями. Однако Мария была принцесса. То есть по местным меркам: высокородная настолько, что дальше некуда. И мэтр хоть с трудом, но все же удерживал себя “в рамочках”.
Разумеется, он “тонко”, как ему казалось, подсмеивался над бестолковой девицей, закатывал к потолку глаза, давая ей понять, как она неумна, и вообще любил погримасничать.
