0
0
Этот эпизод окончательно убедил хозяина, что он имеет дело с приказчиками «короля» Риги. Дирк выпил с гостями, поговорил о том о сем. Спросил, во сколько обходится русским пьяницам бутылка мантропа в Касимове. Рассказал, причем с придыханием, о своей единственной встрече с Теодором Оттоновичем. Чувствовалось, что в Коддьютене имя Цвейберга – ключ ко всем дверям.
Потом явился прожженный веселый еврей, назвавшийся Мойшей. Этот времени не терял и мигом перевел разговор в деловое русло. Сказал, что перейти границу сегодня можно и это будет стоить двадцать пять рублей с человека. Пересчитал в уме по курсу Берлинской биржи и назвал сумму в марках. Еще по пятерке добавил за багаж.
– Да там одни кальсоны, – пытался торговаться Лыков, но контрабандист был неумолим. Пришлось выдать ему деньги вперед. Расплатившись с Мойшей, Алексей Николаевич протянул пруссаку четвертной билет.
– Как обещал!
Но Дирк неожиданно заупрямился:
– Этому иудею ты вручил вон какую пачку, а мне только одну бумажку? Так нечестно.
Коллежский советник пробовал унять вымогателя:
– Мойша пойдет с нами ночью через границу. Все риски на нем. А ты всего лишь посредник.
Но пруссак уже закусил удила:"
"– А мое молчание, что, не стоит ни пфеннига? Сейчас пойду и заложу вас полиции. Плати сотню, не то угодишь в тюрьму как русский шпион!
Челубей с Олтаржевским начали нервничать. Дайте, мол, Алексей Николаевич, сколько просит, и пойдем быстрее на родину. Яков даже вынул бумажник.
– Молчать! – приструнил своих сыщик. Потом взял хозяина за ворот, оторвал от пола, сильно потряс и сказал с угрозой: – Если ты, скотина, это сделаешь, Цвейберг нас выкупит. Но запомнит, кто именно сдал полиции его людей. Знаешь, что с тобой тогда будет?
– Что? – замер, как в тисках, Дирк.
– Не убьет, не бойся. Просто занесет в черный список. Весь город будет получать профит от оборотов Теодора Оттоновича. А ты один останешься в стороне. Навсегда.
Поставил пруссака на пол, брезгливо вытер руку о штаны и прикрикнул на Мойшу:
– Вперед, пархатый! Солнце скоро сядет.
Когда лыковский отряд вышел на улицу, действительно уже стемнело. Мойша, как оказалось, приехал на линейке. Клиенты уселись, положили вещи и двинулись к границе. Недашевский прошептал:
– Как только ты не побоялся отказать немцу? Может, зря? Он нас сейчас выдаст с обиды.
Алексей Николаевич так же шепотом ответил товарищу:
– Наоборот, если бы я дал слабину, тогда Дирк точно побежал бы в полицию. Люди Цвейберга лишнего платить не должны. А вот русские шпионы…
Коридор оказался отлажен выше всех похвал. Хоть обозом проезжай! А может, Теодор Оттонович так и делает? Лыков с товарищами только дивились. Ни постов, ни патрулей… Без особых препятствий, не слезая с линейки, они приехали в Российскую империю.
