0
0«Медведи» прекратили свою бесполезную возню и уставились на невысокого Лыкова, тяжело дыша. А тот смотрел снизу вверх на гиганта и думал, как быть. Если хватить об пол такую тушу, выйдет плохо, хотя силы-то достаточно. Однажды в молодости сыщик поднял на вытянутых руках по кулю с мукой. А в каждом куле было по девять пудов… Шуцман тянул на десять-одиннадцать, вполне по зубам коллежскому советнику. Но соперник поломает себе все кости. Жалко служивого человека! Ведь он выполняет приказ.
На раздумья ушли секунды, и Алексей Николаевич решился. Он подсел под здоровяка, ухватил его за бедро и рывком поднял вверх.
– Хе!
Немец растерянно завис в воздухе. Чувствовалось, что последний раз его так подымала мама в детстве…
– Скажи ему, чтобы прижал подбородок к груди, – приказал сыщик джи-мену.
– Что?
– Яша, он же тяжелый! Быстрее! Иначе затылок расшибет.
– А…
Челубей перевел шуцману команду. Лишь только сыщик почувствовал, что тот ее понял и выполнил, – сразу приложил немца лопатками на асфальт. Так, чтобы долго не встал, но притом не покалечился.
Путь был свободен. Другие полицаи прекратили ломиться в дверь и ринулись в обход.
– Бежим!
Троица рысью пересекла площадь и вскочила в трамвай. Звеня, тот поехал по линии, увозя их от засады.
У Алексея Николаевича горело лицо, на Челубее порвался сюртук. Что подумают обыватели? Сейчас их сдадут первому постовому… Вдруг Недашевский что-то произнес по-немецки. Пассажиры одобрительно загоготали, начали дружески хлопать беглецов по плечу. Через две остановки те спрыгнули и шмыгнули в подворотню.
– Что ты им сказал? – спросил коллежский советник.
– Правду, – ответил коммандер. – Что мы с полицией подрались.
– И они так заржали? А еще говорят, немцы – законопослушная нация.
Затем сыщик вздохнул и добавил:
– Везде нас не любят, просто беда…
Они вырвались с вокзала и даже спасли свои вещи. Но что потом? Сейчас все выезды из Гейдельберга перекроют, и тогда конец. Лыков лихорадочно соображал. Нужно выбраться за город, на ближайшей железнодорожной станции сесть в поезд и уехать как можно дальше отсюда. Но не в Берлин, там их будут ждать.
Коллежский советник посмотрел на свою команду. Он чувствовал себя старшим не только по возрасту, но и по опыту. И хотя не знал Германии, но полагал, что полицейские всех стран думают одинаково.
– Слушай приказ. Прорываемся на окраину и ловим дилижанс. Или любой другой экипаж, который вывезет нас из города. Яша, в какой стороне Пруссия?
– Пруссия? – опешил джи-мен. – Вон там, а что?
– Значит, нам туда.
– Алексей Николаевич, но для чего нам в Пруссию? – осмелился спросить поручик."
"– Там самая дырявая граница. Контрабандисты переправляют в Россию свои товары. И нас переправят.
– Дотуда тыща миль! – воскликнул Недашевский.
