7
0Многие мужчины на её месте молили бы жриц о пощаде, а она пришла в ярость.
Я сам себе кивнул и вошёл в кухню, где принялся швырять в блендер заранее купленные в аптеке и магазине ингредиенты."
"Внезапно в кармане зазвонил телефон. Я вытащил его и увидел номер Громова.
— Слушаю, — выдохнул я и ударом ножа поделил пополам корень имбиря, лежащий на разделочной доске.
— Александр! — выдал взволнованный смертный. — Передо мной стоит мужчина с двумя спортивными сумками денег и говорит, что их велели передать мне.
— Что тебя смущает? Маловато денег? Думаешь, этот мужик где-то припрятал третью сумку? — проговорил я, отправив в блендер имбирь.
— Саша, сейчас не время для шуток. Что происходит?
— Бери деньги. Они добыты честным путём.
— А от кого они?
— Да какая тебе разница⁈ — повысил я голос. — Бери сумки и начинай искать дом получше. Но всё не трать. Одну сумку оставь мне.
— Х-хорошо, — запинаясь, промычал мужчина.
Я сбросил вызов, поставив галочку напротив пункта «Горский больше мне ничего не должен».
— Ш-ш-ш, — внезапно раздалось из мрака под столом и оттуда вылетел Апофис.
— О, явился, когда все битвы уже прошли, — усмехнулся я и включил блендер, измельчая всё, что я засунул в него.
Дракончик же начал возбужденно летать вокруг меня, сверкая голубыми глазами. И пока аппарат жужжал, Апофис отправил мне мыслеобраз. Я увидел светло-голубого дракона, парящего среди красноватой дымки Пустоши.
— Нашёл дальнего родственника? Ты лучше к нему не приближайся, а то он сожрёт тебя, — серьёзно сказал я Апофису и отправил несколько мыслеообразов, предостерегающих его от встреч с другими драконами.
Апофис вроде бы понял меня. По крайней мере, он уселся на подоконник и устремил задумчивый взгляд за окно. Там наглые вороны отбирали крошки хлеба у воробьёв, прыгающих у ног бабушки, восседающей на скамейке.
— Апофис, чувствуешь? — напрягся я, выключив блендер. — Кажется, приближается какое-то существо. И оно настроено враждебно ко всему живому.
— Смешно, — мрачно процедила вошедшая в кухню Огнева, расслышавшая мои слова.
Её глаза слегка припухли, но больше ничто не указывало на то, что она плакала.
Волосы девушки оказались чисто вымытыми и причёсанными, а тело скрывал халат.
— И что ты приготовил? — скептически глянула она на жижу, которую я перелил из блендера в бокал. — Судя по запаху, это уже можно выбрасывать.
— Пей, — протянул я ей бокал. — Эта отрыжка богов выведет из твоего организма яд или какие-то подобные вещества. Хрен знает, что с твоим телом натворила жрица. Лучше перебдеть, чем недобдеть.
— Надо было всё мне рассказать, — процедила та, нехотя взяв бокал.
Её лицо скривилось от запаха, а нос сморщился.
— Тогда бы всё вышло не так убедительно.
