1
0
— … Я всё сделал отлично! — зло проговорил один из парней, хмуря брови. — Не моя вина, что этот ублюдок Громов выкрутился!
— Ты хреново спрятал наркотики! — бросил ему другой кадет, играя желваками. — Он нашёл их и как-то сумел избавиться! Иначе бы пакетик отыскали проверяющие! Ты сам знаешь, какие они дотошные. От них даже иголку не утаишь! Ты завалил всё дело!
— Я⁈ — опешил первый и вскочил со стула. — Да ты, сука, сам бы и подбрасывал их, а то юлить начал! Времени у тебя нет, времени…
— Успокойтесь! — ударил по столу третий человек. — Всё, проехали. Надо думать, что делать дальше.
— А что делать⁈ — всё ещё зло бросил первый, усаживаясь обратно на стул. — Этого Громова сами боги защищают! Рарог прилетел в храм. Это же немыслимо!
— Да никто его не защищает. Так совпало. Рарог и в другой храм прилетал, когда его призвал всё тот же жрец. В жреце всё дело, а не в Громове, — взял слово четвёртый.
— Господа, давайте уже признаем, что мы в жопе, — проговорил пятый, нервно барабаня пальцами по столу. — Громов слишком хитёр и удачлив. Вы разве не видите, что происходит с его врагами? Они все терпят поражения. Может, стоит пойти к Барсову? Он клянётся, что Громов обещал прощение всем, кто участвовал в подставе с наркотиками.
— Решил как крыса сбежать с корабля⁈ — выпалил второй, бурно дыша. В его груди клокотала ярость, а глаза опасно сузились.
— Нет, просто предлагаю варианты, — потупился пятый, сконфуженно опустив голову.
— Мы пойдём до конца! — заявил второй, чьё запястье украшала большая татуировка Велеса. — Громов будет повержен!
* * *Стражград
Жаркое сражение с дядюшкой превратило мой новенький спортивный костюм в жалкие лохмотья. Гадство!
Оглядев безлюдный проулок, я торопливо снял с себя драньё и стёр им свернувшуюся кровь, покрывающую кожу. Потом шустро вытащил из ранее брошенного пакета новый костюм-тройку и напялил обновку на голое тело.
С учётом кроссовок на моих ногах, наверное, со стороны я выглядел как бомж, обычно танцующий перед музыкальным ларьком. Правда, мой костюм был довольно дорогим, да и кроссовки тоже.
Хмыкнув, я засунул в пакет изорванный спортивный костюм и наложил на саблю иллюзию трости. Ну и себя не забыл накрыть иллюзией, превратившей меня в худощавого охотника на монстров.
Быстро покинув проулок, я двинулся по городу, на ходу меняя иллюзии. Идти пришлось пешком, чтобы не вызывать такси. Ни к чему оставлять лишние улики. Пока меня никак не связать с телом, которое занимал мой дядя.
Моё настоящее лицо мелькнуло перед людьми лишь раз, когда я оказался на проезжей части. Но это был всего миг. Наверняка никто не запомнил мою физиономию. В проулке же и на складе меня вообще никто не видел. Вот и славно.
Что же касается дядюшки, то он был паршивой овцой среди моих родственников.
