1
0
Дракончик довольно пискнул и залетел в туман, быстро-быстро работая крыльями, пока к нам бежали мертвецы. Магия потомка Аида ещё поддерживала в них псевдожизнь.
Даже псы продолжали выть, хоть уже и не так азартно. Скоро закончится время действия атрибута, наложенного на них. Но пока этого не произошло, я не мог активировать «регенерацию».
Мне пришлось отбиваться от мертвецов с помощью сабли, аккуратно ступая на пронзенную серпом ногу. Кровь струилась по ней, пропитывая порванную штанину, а боль заставляла скрежетать зубами.
Однако я всё равно ловко срубал головы мертвецам, косясь на чёрный туман, в котором происходило нечто странное… Там сверкали небольшие разряды молний и вспыхивали жёлто-зелёные искры.
— Какого хрена? — морщась, выдохнул я, не понимая, что происходит.
Внезапно туман рассеялся, обнажив голову с навсегда запечатлённым ужасом в глазах и Апофиса.
Дракончик каким-то волшебным образом стал в два раза больше, а в его ярко-синих глазках появились жёлто-зелёные сполохи, присущие магии Аида.
— Охренеть! — потрясённо выдал я, сражённый наповал ошеломляющей догадкой. — Ты сожрал душу потомка Аида⁈"
"Апофис предсказуемо ничего мне не ответил, а с яростным шипением плюнул в ближайшего мертвеца желто-зеленой кляксой. Она угодила в перекорёженную жаждой крови харю зомби, и та начала стремительно гнить, обнажая кости лица и зубы.
Но мертвец успокоился лишь после того, как я лихим ударом сабли развалил пополам его башку, выпустив серые мозги.
— Ш-ш-ш, — воинственно зашипел дракончик, чей размах крыльев достиг уверенных двадцати пяти сантиметров.
Апофис кинулся на псов и начал плеваться в них молниями и «старением». А я окончательно удостоверился, что он сожрал душу выкидыша Аида.
Мне доводилось слышать о животных, способных на такое. Они очень редки. Энергия душ, принадлежавших магическим существам, помогает им расти и развиваться. При этом подобные звери не способны впитать большое количество атрибутов. От каждой жертвы они берут по одному случайному атрибуту, такие животные могут владеть максимум семью атрибутами.
— А ведь это открытие несёт шикарные перспективы, — задумчиво пробормотал я и вдруг всей кожей ощутил присутствие кого-то могущественного.
Все мертвецы и псы неожиданно замерли. Казалось, даже слабый ветерок затих, а вонь от крови и дерьма стала меньше. Будто сам мир склонился в почтении.
В эту же секунду заработала моя «регенерация», восстанавливая раненую ногу. Сразу ужасно захотелось сожрать здоровенный шмат мяса.
Апофис же опасливо юркнул за мою спину.
А я сглотнул, когда в паре метров от меня из воздуха соткалась высокая ладная женская фигура, облачённая в длинное белое платье. Оно скрывало руки по самые запястья, а в районе груди вздымалось двумя холмиками.
