Лимонная графиня для дракона

Так где мой автобиографический фильм? Я бы с радостью посмотрела его, хотя, пожалуй, всё же нет. Это опять переживать гибель родителей и приют, а на выпускном… ну и позор. Не хочу, уж лучше уйти без стыда и мук совести. Куда нужно двигаться, чтобы попасть в Рай? Я точно его заслужила, столько лет не поддавалась корысти и златолюбию – впору памятник ставить.

Свет появился внезапно, озаряя окружающее пространство. Вокруг всё так же царила пустота, только теперь она была небесно-голубого цвета. Красиво, словно очутилась на небесах. Значит, точно в Рай. Будь у меня тело, я бы запрыгала, а так только застыла в ожидании.

Что дальше-то? Свет дали, надо теперь музыку и фанфары. Эх, умираю, а всё пытаюсь подбодрить себя. Дура, самая настоящая дура.

«Второй шанс… За счёт полученной информации… Отправить в Нэббиум…»"

"А? Что? Чей это голос?

Пространство вокруг завертелось, появилась непонятная дымка, втягивающая меня в себя. Не хочу! Я уже морально подготовилась к отправке в Рай. Зачем мне какой-то неизвестный Нэббиум? В Рай хочу, на заслуженный отдых в садах Эдема! Но меня никто не слушал, голос больше ничего не произнёс.

Да и в первый раз он слышался словно через толщу воды, глухо и прерывисто. Дымка стремительно приближалась, пара мгновений и я столкнусь с ней. Влетая в марево, ощутила огненный жар.

Чувства обострились, возвращая ощущения тела. Боль вспыхнула от кончиков пальцев до самых пяток, расползаясь по венам кипящей лавой. В ушах стоял треск огня, крики и стоны людей. А моё собственное тело мне не подчинялось, даже рваные вздохи давались с трудом. Горло нещадно рвало, руки словно засунули в кипяток и подержали там добрых пять минут.

Голова раскалывалась на части, и я не могла открыть глаза. По лицу стекало что-то горячее и липкое, с солоноватым привкусом. Неужели кровь? Божечки, точно она.

Значит… Я выжила?

«Глава 3»

Хриплые стоны срывались с потрескавшихся губ, и я слизывала горячие капли крови. Больно. Выжить в автокатастрофе – чудо, тем более, когда в тебя врезается грузовик. Тело ныло тупой болью, которая усиливалась при малейшем движении. Кое-как сцепив челюсть до зубного скрежета, я попыталась перевернуться на живот.

Не знаю, почему под ладонями ощущался горячий камень вместо асфальта, но это и неважно. Главное – убраться подальше от машины, вдруг она взорвётся и меня убьёт уже взрывная волна. Как только живот коснулся камня, я заорала от ужасающей боли. На мгновенье она ослепила и без того окружающий мрак.

Пальцы сжались, пытаясь сдержать новый крик, и я прикусила губу. Кровь хлынула в рот, неожиданно острые клыки пробили кожу насквозь. Внутренности словно сжала чья-то рука, норовя вырвать из живота.