8
0Зато прободрствовал ещё часов пять, и понял, что ошибся.
Неудача, как солью, разъедала и рану, нанесённую расставанием с той, о которой думал всё больше и больше, но, чем меньше оставалось шансов на выполнение задачи, тем меньше я уверялся в правильности сделанного выбора. Всё пройдёт, а её молодая жизнь внесёт свои коррективы. Наверное, ей было ещё хуже от непонимания моего поступка и от открытости и откровенности отвергнутых чувств, которые в юные годы кажутся не такими, как у всех, а самыми большими и навсегда. Хочется — так лишь бы сейчас, а что потом — неважно. А наступившее «потом» уже не помнит «вчера» и требует такое же «сегодня». Парадокс нашей тогдашней размолвки что-то убил в каждом из нас, оборвав какие-то струны в нас, кажется, навсегда соединённых, но всё притягивающее перешло на оставшееся, что потом всегда тяготило и не давало того прежнего унисона, который был ранее.
Нам представляется, что мы всегда знаем, как наладить у других, когда же дело касается своего, то либо не хватает сил, либо не получается договориться, либо невозможно уступить, согласовать, забыть, сдержаться, а проще говоря — даже понять, как это сделать. И тот человек, ради которого ты легко и не задумываясь отдал бы жизнь, плачет в пол-оборота, потому что хочет уйти от обиды, но не уходит из-за любви к обидчику. А перегруженные жилы скрежещут по сердцу, и ты уже готов пасть на колени, но гордый взгляд, хоть и с красным заплаканным носиком, смотрит мимо тебя. Поздно, кажется тебе, хотя никогда не поздно. И мы, каждый из нас, в глубине души начинает оправдывать себя, изображая занятость, и мужчина, украдкой посматривая на гибкий стан, неспроста иногда прогибающийся, будто хочет поднять, а подымать нечего. Два упёртых характера перетирают ржавчину отношений, молча накапливая энергию, вместо того, чтобы просто капнуть хотя бы немного тёплого масла признания и столько же смирения, пока разряды не начнут сверкать между истиной и материей. И иногда кто-то первый, обычно всегда один и тот же, начинает плавно сдаваться, постепенно увлекаясь, но не показывая, что на милость победителя, но лишь для общего блага, это не так долго — полдня, и уже летят голуби в ресторан, с разных концов Москвы, на встречу друг другу, готовятся к вечернему брудершафту, который, не успев начаться, разливается томной негой, мирными признаниями и жаркими поцелуями.
А сейчас всё шло непонятно куда, скорее всего, рушилось, а, как известно, строить заново труднее и далеко не сразу получается. Признав свой неуспех окончанием двух недель и оставив оплаченную ещё на полтора месяца квартиру, с купленным рыдваном под её окном, приобретя очередной синтезатор на выставке достижений народного хозяйства, отправился восвояси.
