Лев

Он бы хотел смотреть на них всю жизнь и всю жизнь думать: «Боже мой, что за уродские штаны», и будто бы не существовало в мире большего счастья, чем это."

"Лев протянул к Славе руку, переплелся с ним пальцами и искренне произнёс:

- Я ничего не хочу сильнее, чем быть с тобой одной семьей.

Слава негромко заметил:

- Мики тоже моя семья.

- Значит, и с ним тоже.

Слава отнял свою руку и строго сказал:

- Тебе нужно хорошо подумать.

Лев кивнул, будто бы соглашаясь, а сам не понял: что тут думать? Он либо с ними, либо нет, без Славы он не сможет, значит, выбор сделан. В конце концов, а вдруг Мики – это своего рода крашенные ногти или дурацкие штаны? Наверное, к Мики можно привыкнуть, и каждый день своей жизни думать: «Господи, какой кошмар» и всё равно любить эту жизнь, и Славу, и может… и может даже самого Мики? Ведь если признаться честно, к штанам он уже немного проникся.

Вместо встречи с Игорем Лев провёл вечер на сайтах муниципальных служб: читал федеральные законы, изучал вопрос усыновления, мониторил форумы с похожими ситуациями. Понял одно: усыновление – штука стрёмная. Много подводных камней, которые вроде бы и не имеют значения, если усыновитель – родственник, а вроде бы девятнадцатилетний мальчик при живой бабушке – так себе кандидат. Учитывая, что решение обычно принимают ровесники Славиной мамы, вряд ли они, как и Юля, решат, что молодость в вопросе воспитания детей выигрывает у старости.

Лев взял телефон и в первую очередь позвонил Юле. Строгим голосом велел попросить у Артура лист А4 и ручку, написать прижизненное заявление с просьбой передать Мики на воспитание Славе.

- Завтра свяжусь с Артуром, чтобы главврач заверил, - сказал Лев.

- А Игорь? – непонимающе спросила Юля.

- А Игорь… придурок.

Потом он набрал номер Карины. Девушка ответила почти сразу и вместо «Как дела?» поинтересовалась Юлей. В последнее время радостных новостей о Юле не было, поэтому Лев быстро перевел тему.

- Я хотел спросить насчёт подарка, который ты мне предлагала два года назад. Он ещё в силе?

Карина удивилась, но ответила с радостным энтузиазмом:

- Да! Да, в силе! У меня сохранилась дарственная…

- Её нужно переделать, – перебил Лев. – На Славино имя.

Карина непонимающе замолчала. Лев тоже молчал. Потом она спросила:

- Ты хочешь подарить ему квартиру, которую я хочу подарить тебе?

- Да, если ты не против.

- Зачем? Может, хотя бы долю…

- Нет, - снова перебил он. – Нужно полностью оформить на него. Это для усыновления.

- Кого? – страшным голосом спросила Карина.

- Мики, сына Юли, - терпеливо объяснял Лев. – Если у Славы не будет в собственности жилья, ему могут отказать. Отдадут их матери.

Карина сменила удивленно-взбудораженный тон своего голоса на минорный:

- Юля умрёт?

- Юля умрёт. Возможно, очень скоро.