152
0
— Тогда почему охрана нас не предупредила о нападении? — спросил я.
— Так напали внезапно!
— Кричали далеко, и только потом ответили стрельбой. У них было много времени предупредить нас.
— Их могли вырубить! — не унимался белобрысый. Его тупое упорство начинало мне действовать на нервы.
— Ты идиот или притворяешься? Это же подстава!
— Ты сам по себе, а я должен помочь раненому! Именно для этого я сюда и поступил. Людям помогать!
Балбес! Огромная смелость, переходящая в такую же огромную тупость.
— Он не шутит, — хмыкнула Лора. — Говорит от чистого сердца.
Я чуть не зарядил себе по лбу. Нашелся идеалист на мою голову!
— Ладно, вали! — улыбнулся я. — Но сначала скажи, какое имя мне выбить на твоем надгробии?
— Николай Строганов! — гордо крикнул он и, окинув ребят прощальным взглядом, скрылся снаружи.
Все замерли, прислушиваясь. Никаких звуков. Парень как будто провалился в пустоту.
— Может, он прав? — тихо спросил у меня Дима.
— Ты мне доверяешь? — посмотрев ему прямо в глаза, я постарался придать голосу серьезности.
— Да, Миша, доверяю, — кивнул он. Лора подтвердила, что парень искренен.
— Тогда спокойно сидим тут до утра и не рыпаемся! — сказал я и лег на пол, сложив руки за головой.
Через десять минут за Строгановым отправились еще двое — аристократ и простолюдин. Оба пропали с концами.
Больше соваться в капкан желающих не нашлось.
Прошел час, и снаружи снова начали рваться взрывы. Все ближе и ближе. Потом зарядили пулеметы. Ответили им рычанием и чудовищным воем, который, казалось, шел из самой преисподней.
Девочки начали визжать, когда на смену рыку пришел детский плач. Следом мы услышали издевательский смех, который плавно перешел в рычание. Не скрою — даже у меня по коже побежали мурашки.
Антон осторожно подполз ко мне, стараясь не шуметь.
— Миша, надо что-то делать. Мой клинок способен на многое! — Он погладил меч по рукояти.
— Антох, что ты хочешь, чтобы я тебе сказал?
— План действий!
— План действий такой — сидим и ждем. Просто верь мне.
Я понимал их беспокойство. Ребята оказались в такой ситуации впервые. Я и сам едва понимал, что происходит, но волноваться — только себе вредить. К тому же, эта ситуация знатно попахивала провокацией.
Твари еще порычали да угомонились. Прошел очередной час, а снаружи продолжали грохать бомбы и рокотать очереди. Ко мне подползли Света с Виолеттой, чтобы поделиться своими страхами. Пришлось успокаивать еще и их.
Самым стойким оказался Дима — парень действовал строго по моей и Ольгиной инструкции. Сидел и ждал распоряжений, иногда затыкая уши в ответ на упрямое рычание чудищ. В его руке то и дело мелькала крохотная книжечка, которую он незаметно пронес в шатер.
