Лед твоих объятий

Дорг бы побрал этот полет! Железная скорлупка с жалкими зачатками интеллекта с самого начала не внушала доверия, но ему пришлось с этим смириться. И с этим, и со многим другим.

Он устало вздохнул. И почему нельзя было воспользоваться портальным переходом? Он так и не понял, что случилось с миром и почему все достижения магии оказались погребенными под грудой технического, как его называют, прогресса. Как по нему, так это скорее регресс. «Равные возможности для всех».

Глупости. Равенство невозможно в принципе. И мир всегда будет делиться на магов и немагов, на сильных и слабых, на талантливых и бесталанных. Закон жизни, который еще никому не удалось изменить.

– Джонни, давай подменю, – услышал он голос жены.

– Бекки, если твой папаша узнает, – неуверенно протянул пилот, – мало мне не покажется.

– А он мне больше не начальник, – весело отозвалась Ребекка. – Двигайся правее!

Из кабины донеслась какая-то возня, а потом наступила тишина. Он насторожился. Что-то вокруг неуловимо изменилось, но он пока не мог понять что.

– Крев сатари! Бекки, поосторожнее, мы ведь не одни! – воскликнул пилот.

– Не трусь, Джонни! Мы с твоей «ласточкой» хорошо понимаем друг друга.

Он открыл глаза. Взгляд уткнулся в знакомую спину. Ребекка. Она сидела на месте пилота, а ее руки уверенно лежали на штурвале двигора.

– Давай, детка! – услышал он голос, в котором звучала непривычная нежность. – Покажем мальчикам, на что мы способны!

В этот момент двиг громко заурчал и резко рванул вверх. Казалось, он расправил крылья и увеличился в размерах. Иллюзия раздвинувшегося пространства была настолько реальной, что он невольно перешел на магическое зрение. И замер."

"Куча железа, как он называл про себя двиг, оказалась живой. Гордая вольная птица легко рассекала пространство, поблескивая темно-синим оперением и издавая ликующий крик. А из ее сердца тянулись плотные нити. И тянулись они к Ребекке. Оплетали ее, сливались с аурой девушки, переливались всеми оттенками синего.

– Умница, девочка! – ласково проворковала Ребекка, и нити вспыхнули сочными малиновыми сполохами. – Ты ведь можешь еще быстрее?

Двиг согласно загудел.

Скорость прибавилась, но он понял это лишь по внутренним ощущениям. Внешне ничего не изменилось, лишь облака остались далеко внизу.

Он задумчиво смотрел на жену. Лицо ее светилось, на губах блуждала улыбка, глаза лучились удовольствием. Девушка выглядела счастливой. Невольно вспомнилась недавняя ночь. Может, не стоило так жестоко ее обрывать? А-а, к доргу эти мысли! Если бы он остался, неизвестно, чем бы все закончилось.

– Бекки, снижайся, – напряженно произнес пилот. – Ты превысила все мыслимые пределы.

– Не будь занудой, Джон, – рассмеялась Ребекка. – Я прекрасно знаю, на что способна твоя красавица.