Лапочка

Поэтому я и выбрала короткое платье, а в добавок обула туфли на высоком каблуке, чтобы Булат осознал, что от такого отказываться уж никак нельзя. Но он же упертый, стоит на своем, да только мужчины, как сказала мама, иногда бывают глупы в плане отношений. И мне кажется, я сегодня в этом убедилась. Богословский признался, что в нем течет восточная кровь, а мне всегда казалось, что это очень привлекает женщин, по крайней мере, я вижу в нем нотки собственника. Иначе зачем бы он натягивал на меня скатерть пытаясь прикрыть ноги, или почему его бесит то, что Грек пил со мной чай? В этом же нет никакой интимности, просто обычные посиделки, но нет же, Булата это разозлило, еще и придумывать отмазки про работу стал. Как же, это пусть своим подчиненным рассказывает. Я хоть и маленькая женщина, но мамочка у меня отличная помощница, всегда подскажет в нужной ситуации.

На позитивной ноте я вошла в свою спальню, и на ходу сбросив платье, прошла в гардеробную на поиски более практичной одежды. Соблазнять Булочку – это хорошо, а вот простудиться не охота, лучше поберечь себя. Да и мало ли, что можно застудить, а мне ведь еще деток рожать.

- Так-так-так… О, есть.

Нашла черные лосины, футболку и олимпийку, еще бы подобрать кеды и вообще будет отлично. Кстати, в лосинах задница у меня самый смак, так что Булату я точно не завидую."

"Забрав нужную стопку вещей, прихватила с собой серые кеды под цвет олимпийки, и счастливая пошла в комнату одеваться. Только стоило мне сделать несколько шагов, как я неожиданно оказалась прижатой к полу сильным телом. Перед глазами замерло ошарашенное лицо Богословского, а его губы остановились в нескольких сантиметрах от моих. Господи, кто бы знал, как здорово его ощущать на себе, такого сильного, тяжелого и горячего. Он дурманит меня, а еще вгоняет в краску, ведь я лежу под ним практически голая, в одном тонком белье. Зато мужчина приземлился в нужную позу, как раз между моих ног. Вот увидел бы эту картину папа! Бил бы. И возможно даже меня.

- Ты еще долго? – спросил, как ни в чем не бывало Булат, и вместо того, чтобы подняться, продолжил лежать на мне. Ну а чего, мне тоже нравится. Сексуальненько.

- Не знаю, это не от меня зависит.

- А от кого?

- Да тип тут один появился, переодеться мне не дает.

- Какой нахрен тип? – зло прорычал Булат, и кажется, даже толкнулся в меня пахом. Засранец! Но до чего классный. Ревнует.

- Ты.

Поняв, что я говорю именно о нем, Богословский замер, и перевел взгляд на мои губы. От его близости сердечко пустилось в пляс, а внизу живота сладко заныло, требуя чего-то большего, чем просто взгляд. Облизав нижнюю губу, я слегка приподнялась, и нежно, практически невесомо коснулась его губ, оставляя легкий поцелуй.