Лапочка

- Найдем по лучше.

- Да конечно! Мечтайте. Так к чему вопрос был?

- По шлюхам ездишь? – спросил он уже серьезно, без намека на шутки.

- Нет! Если я захочу нажраться, то лучше вам позвоню.

- Надеюсь, если трахаться захочешь, звонить мне не станешь?

- Никому не стану звонить. Не надо думать, что я изменяю вашей дочери. У меня с головой все в порядке. Если любить, то до конца.

- Вот уважаю тебя, гавнюка!

- И вам спасибо, Дамир Тимурович.

- Да что же там так долго, уже бы поговорил с этой крысой, и забыли о них.

- Забудешь тут. Слышали что-то об Анросове?

- Живучий, падла. Где-то в Америке с родителями. Небось поехал операцию делать.

- Ну да, - выдохну я, вспоминая о нашей месте, - ему приходится хирургическое вмешательство. Как думаете, вернется?

- Мстить?

- Ну да.

- Вряд ли. Его отец сам грохнет тогда.

- Никогда не понимал таких людей. Молодой, не урод, родители с баблом, живи не хочу! Нет, надо же было так испоганить себе жизнь!

- А это уже воспитание такое. Не люблю хвастаться, но мои дочери всегда получали все самое лучшее. И что? Разве они позволяют себе вести себя так, словно кто-то что-то им должен? Да они наоборот бездомному помогут и не побрезгуют. Потому что мы учили их, что все люди между собой равны, много у них денег или нет. Главное понимать жизненные ценности и творить добро.

- Анросова точно не этому учили.

На проходной заскрипела задвижка, и через секунду открылась огромная дверь, откуда появился мужчина в форме.

- Я постараюсь не долго, - сообщил я Дамиру и пошел к воротам на встречу со своей бывшей.

- Только не перегибай, - попросил он, намекая на то, чтобы я не придушил эту тварь.

Следуя за надзирателем, через несколько минут я оказался в комнате для свиданий, а еще через пару минут туда привели Юльку, которую я вовсе не ожидал сегодня увидеть.

- А где Смирнова?

- А ты мне не рад?

- Ты рот закрой! – гаркнул я, и обернулся к надзирателю.

- Подохла с утра, наркоманке конченная. Вы просили свидания хоть с кем-то из троих, потому дали указания на эту.

- Ясно. Оставьте нас одних."

"Я перевел взгляд на девушку, которая была причастна к похищено моей любимой женщины, и дождавшись, когда мы останемся наедине, я отодвинул стул, приподняв его и намеренно с грохотом поставил на пол. Юлька вздрогнула и поежилась, и теперь мне показалось, что ей больше не хочется со мной флиртовать, ведь как раньше я на ее уловки не поведусь. Сейчас я вытрясу с этой твари всю правду, и если я поверю в то, что она скажет, тогда возможно смягчу ее наказание. Возможно! Но не факт, ибо я очень зол на то, что посмели тронуть невинную девочку. Да еще и кто? Мои бывшие потаскухи! А ведь раньше я думал, что они очень даже не плохие дамочки.