Кружевное убийство

– Мишенька, – услышала Снежана мамин голос и покачала головой. Он уже «Мишенька». – Как я рада, что вы пришли. У нас тут ужасная ситуация.

– Да, Снежана сказала. – Судя по звукам, гость снимал ботинки в прихожей. Снежана вылезла из-за стола и начала расставлять на нем дополнительные приборы. – За ночь новостей о Татьяне Алексеевне не появилось?

– В том-то и дело, что нет. Это катастрофа, Мишенька! Вы проходите, пожалуйста, сейчас будем завтракать. И вы должны нам рассказать, как именно мы будем искать нашу Тату.

– Мама убеждена, что тетя не может быть преступницей, – сообщила Снежана, когда гость появился на пороге кухни. – Я рассказала ей твою версию, но понимания она не вызвала.

– Что ж, значит, будем строить другую версию, дорогие дамы. – Зимин сразу заполнил собой немаленькую, в принципе, кухню, протиснулся за стол, напоминая медведя, ворочающегося в берлоге, сел, сглотнул при виде теплых рогаликов с маком, тающего на них масла и тостов с авокадо, творожным сыром и лососем. В этом доме знали толк в еде, при одном взгляде на которую рот невольно наполнялся слюной. – Снежана, а ты ведь вчера оказалась права!

– Я всегда права, – мрачно сообщила Снежана, которой передалась мамина тревога. – Вопрос только в том, что с этим делать.

– Я с утра позвонил Некипелову, ну, этому, владельцу дневника, и попросил вспомнить, рассказывал ли он кому-то из своих пассажиров историю сапфирового креста.

– И? – подалась вперед Снежана.

– Некипелов действительно вспомнил, как около двух месяцев назад вез пассажира, которому стал рассказывать о том, что нашел человека, чьи предки упоминаются в найденном им на чердаке дневнике. И про крест рассказал, и про каторгу, и про все остальные события стопятидесятилетней давности. О том, как в архиве сидел, и о том, как ему повезло, что в роду Бубенцовых были только мальчики, так что семья не затерялась и найти Дарью Степановну, которая замуж не выходила, оказалось проще, чем он думал. Он даже адрес ее назвал в пылу разговора. Все сошлось, Снежинка, абсолютно все! Действительно есть некий третий.

– А это был пассажир или пассажирка?

Снежана поймала на себе возмущенный мамин взгляд.

– В том-то и дело, что пассажир. Мужчина.

– Но к Бубенцовой приходила женщина. – Снежана была немного озадачена. – Миша, а как Некипелов описал этого мужчину? Он молодой, старый?

– Не молодой, говорит, и не старый, примерно одних лет с самим Некипеловым, то есть от пятидесяти до шестидесяти. И если уж на то пошло, этот мужчина вполне мог быть детективом, а женщиной все-таки Татьяна Елисеева. – Зимин опасливо покосился на Ирину Григорьевну, и Снежана позволила себе улыбнуться.