3
0
Вам надо идти и делать свою работу, показывать будни войны и рассказывать о них. Только должен вас предупредить, что эта война начисто лишена всяких признаков гуманизма и политкорректности. На этой войне убивают всех: солдат, журналистов, медиков, раненых, женщин, стариков и детей. Адольф Гитлер освободил своих адептов от такого понятия, как совесть. Я хотел бы просить о двух вещах.
Во-первых, нужна съемочная группа, которая пойдет в десант вместе с батальоном майора Юдина. Подумайте хорошенько. Хотя мы и выделим вам в сопровождение отделение морской пехоты, все равно это будет очень опасно.
Во-вторых, нужно, чтобы вы собрали все хранящиеся у вас материалы по плану «Ост» и зверствам фашистских захватчиков. Материал предполагается передать в Москву для использования в пропагандистских целях. Вот вы, товарищ Тамбовцев, не могли бы взять на себя эту задачу?
Я вздохнул.
– Товарищ контр-адмирал, мне хотелось бы отправиться на берег вместе с десантом…
– И сколько вам лет, товарищ капитан? – остановил меня контр-адмирал. – Откручивать немцам головы лучше получается у молодых. Доверим же им это ответственное дело.
Вы, в силу двойственности своего положения, можете не только увидеть и описать происходящее, но и определить его место и роль в складывающейся картине мира. Ну как, я вас убедил?
– Товарищ контр-адмирал, у меня на этот счет есть свое мнение, но как человек военный я выполню ваше приказание. Разрешите идти?
– Погодите, Александр Васильевич, мы еще не закончили. – Адмирал повернулся к моим коллегам из «Звезды»: – Ну что, товарищи телевизионщики, вы приняли решение?
– Да! – Ирочка Андреева тряхнула черными кудряшками.
Не успел мой старый знакомый кивнуть, как руководитель группы вскричал петушиным голосом:
– Ира! Что ты делаешь, это же опасно!
– А в Сирии было бы не опасно? – прищурилась журналистка. – Они же там такие же фашисты. Им точно так же плевать на неприкосновенность прессы. Только и того, что они мазаны другим цветом.
– Но работать на Сталина – это невозможно! Господин контр-адмирал, как вы можете, после всего, что было в нашей истории, даже подумать о сотрудничестве с этим режимом…
Я тихонько шепнул на ухо Андрею:
– Общечеловек, что ли?"
"– Ага, – так же тихо ответил тот, – прислали в последний момент на нашу голову из Министерства обороны.
– У кого режим, а у кого страна! – громко отпарировала Ирочка, задрав нос и топнув ногой. – Либераст недорезанный.
– Ах, ты… – господин Лосев грязно выругался.
