3
0– Товарищ Василевский, у вас есть еще что-то?
– Да, товарищ Сталин, – сказал генерал, – последнее и наиболее важное – это то, что около часа назад мне принесли вторую радиограмму, подписанную «Хроносом», где сообщалось об итогах всего сделанного ими за ночь и давался список немецких аэродромов, уничтоженных в течение ночи с 4 на 5 января их авиацией. Они назвали это операцией «Длинная рука».
Я немедленно связался по ВЧ со штабом Юго-Западного фронта и Черноморского флота и приказал выслать воздушную разведку в район указанных ими в радиограмме объектов.
Сталин решительно подошел к столу с телефонами и снял трубку аппарата ВЧ."
"– Мне Юго-Западный фронт, товарища Тимошенко. Товарищ Тимошенко, доложите, как там у вас с активностью немецкой авиации? Нет, ничего, все хорошо… Значит, сегодня с утра не летают, не бомбят и не обстреливают.
Вы мне лучше скажите, а наша авиация что, летает, бомбит, обстреливает? Так вот, пока немцы «болеют», наши, здоровые, пусть летают. Все ясно?!
Положив трубку, Сталин прошелся по кабинету.
– Эта самая «Длинная рука» схватила за горло люфтваффе, а для наших войск она оказалась просто-таки рукой помощи. Это они сделали не для себя, потому что они, наверное, могут легко сбивать любое количество вражеских самолетов.
– Так точно, товарищ Сталин, Ларионов, – подтвердил Василевский.
– Товарищ Василевский, вы храбрый человек? – неожиданно спросил генерала Сталин, садясь за свой стол.
– Наверное, да, товарищ Сталин, – ответил тот, заметно нервничая, – хотя надо понять – что мы считаем храбростью.
– Это хорошо, товарищ Василевский, что вы храбрый человек, – присев за стол, Сталин что-то быстро писал синим карандашом на листе бумаги, – потому что я хочу направить вас представителем Ставки в самое пекло, в штаб этого самого контр-адмирала Ларионова.
– Когда мне вылетать, товарищ Сталин? – спросил Василевский.
