Кровавые обещания

К моему удивлению, она обняла меня.

– Я знаю, что такое любовь. Потерять ее… ну, не знаю. Просто не знаю, что сказать. Кроме того, что все мы рады видеть тебя здесь. Ты не можешь заменить Дмитрия, но мы воспринимаем тебя как сестру.

Эти слова ошеломили меня – но одновременно и согрели сердце."

"Потом Виктория стала готовиться к свиданию. Переоделась, наложила макияж – определенно больше чем друг, решила я – и ушла. Я отчасти даже обрадовалась этому – не хотелось, чтобы она заметила на моих глазах слезы, вызванные ее словами. Я была единственным ребенком и воспринимала Лиссу как сестру.

Вскоре после этого я направилась на кухню; туда же пришла и Алена. Я искала, чего бы съесть.

– Мне показалось, Виктория ушла? – спросила она.

– Да, ушла на встречу с другом.

К моей чести, я сумела сохранить нейтральное выражение лица. Выдавать Викторию я не собиралась.

Алена вздохнула.

– Я хотела дать ей одно поручение в городе.

– Давайте я схожу, – тут же предложила я. – Только перехвачу что-нибудь.

Она улыбнулась и похлопала меня по щеке.

– У тебя доброе сердце, Роза. Я понимаю, почему Дмитрий полюбил тебя.

Это было удивительно – то, как здесь воспринимали мои отношения с Дмитрием. Никаких разговоров о разнице в возрасте или о том, что я была его ученицей. Для них я была кем-то вроде его вдовы, и предложение Виктории остаться здесь снова зазвучало в сознании. Когда Алена смотрела на меня, возникало чувство, будто я и впрямь ее дочь, и в очередной раз в душе зашевелились предательские эмоции по отношению к моей родной матери.

Алена укоризненно покачала головой.

– Сначала тебе нужно поесть.

– Просто что-нибудь перекусить, – заверила я ее. – Не беспокойтесь.

Кончилось тем, что она отрезала мне несколько больших кусков черного хлеба, который испекла раньше, и достала банку с маслом, зная, что я люблю мазать его на хлеб. Каролина поддразнивала меня – дескать, американцы были бы шокированы, узнав, из чего приготовлен этот хлеб, но я никогда не задавала никаких вопросов.

Алена уселась напротив меня и смотрела, как я ем.

– Он тоже его любил, когда был маленьким.

– Дмитрий?

– Каждый раз, прибегая из школы, он первым делом просил хлеба. Мне практически приходилось печь для него отдельную буханку, так много он ел. Девочки никогда не ели столько.

– Парни всегда едят больше. – Честно говоря, я от них не отставала. – А он крупнее и выше большинства.