Кровавые обещания

И тут я опять услышала удар – и не только услышала, но и почувствовала: вся кровать сотряслась от него. Кто-то с силой ударил ее ногой.

Снова открыв глаза, я повернулась и встретилась с пронзительным, темным взглядом Евы. Если Сидни сталкивалась с похожими на Еву дампирами, нетрудно понять, почему она считает нас приспешниками ада. Поджав губы, Ева снова ударила по кровати ногой.

– Эй! – воскликнула я. – Хватит, я уже проснулась!

Ева пробормотала что-то по-русски. Из-за ее спины выглянул Павел и перевел:

– Она говорит, что ты проснешься, когда встанешь с постели.

И без дальнейших предупреждений старая садистка снова принялась колотить ногой по кровати.

Я подскочила, села, и мир вокруг завертелся. Прежде я уже зарекалась пить, но на этот раз была исполнена решимости никогда больше не делать этого. Ничего хорошего, с какой стороны ни посмотри. Ужасно хотелось снова нырнуть под одеяло, но еще несколько ударов остроносых туфель Евы заставили меня пулей выскочить из постели.

– Хорошо, хорошо. Вы довольны? Я встала.

Выражение лица Евы не изменилось, но, по крайней мере, удары прекратились. Я посмотрела на Павла.

– Что происходит?

– Бабушка говорит, что ты должна пойти с ней.

– Куда?

– Она говорит, что этого тебе знать не надо.

Я хотела сказать, что не пойду с этой безумной старухой никуда, но одного взгляда на ее устрашающее лицо оказалось достаточно, чтобы передумать. Она наверняка запросто могла превращать людей в жаб.

– Хорошо, – сказала я. – Вот только приму душ и переоденусь.

Павел перевел мои слова, но Ева покачала головой и снова заговорила.

– Она говорит, на это нет времени. Выходить нужно прямо сейчас.

– Можно, по крайней мере, зубы почистить?

Эту уступку она мне сделала, но смена одежды, по-видимому, не подлежала обсуждению.

Тем лучше. Каждый шаг вызывал слабость и тошноту почти до обморока; раздеться и снова одеться – нет, на это у меня явно не хватит сил. Одежда на мне просто помялась оттого, что я спала в ней.

Спустившись вниз, я обнаружила, что спят все, кроме Алены. Она домывала тарелки после ночного угощения и, казалось, была удивлена моим появлением. Как и я сама.

– Не рано ли для тебя? – спросила она.

Я посмотрела на кухонные часы и удивленно открыла рот.

Оказывается, я отправилась спать меньше четырех часов назад!

– Господи! Солнце хоть встало?

Удивительно, но оно уже встало. Алена предложила приготовить мне завтрак, но Ева снова заявила, что нас поджимает время. Мой желудок вроде бы хотел еды, но в то же время я чувствовала отвращение к ней, поэтому не знала, как на него подействует воздержание.

– Не важно, – сказала я. – Давайте пойдем и покончим с этим.

Ева удалилась в гостиную, вскоре вернулась с большой сумкой и, как и следовало ожидать, вручила ее мне.