Кровавые обещания

После того как я опустилась на несколько ступенек, стало ясно, что четыре лестничных пролета мне не одолеть. Мало того, что от его укусов я находилась в состоянии наркотического ступора, частые кровопотери взяли свою дань, и я заметно ослабела. Не говоря ни слова, Дмитрий подхватил меня на руки, без всяких усилий снес вниз и осторожно поставил на пол.

Первый этаж производил такое же грандиозное впечатление, как и коридор наверху. С огромного сводчатого потолка свешивалась искусно сделанная люстра, по сравнению с которой те, что я видела раньше, казались просто крошечными.

Богато украшенная дверь, окна с цветными стеклами. Там встретился еще один стригой, мужчина, он сидел в кресле у двери и, по-видимому, исполнял обязанности караульного. Рядом с ним в стену была встроена панель с кнопками и мигающими огоньками. Посреди старинного очарования – современная система безопасности. При нашем приближении он заметно напрягся, и поначалу я подумала, что это проявление естественного инстинкта охранника – пока не увидела его лицо. Это был тот стригой, которого я допрашивала в первую ночь в Новосибирске, а потом отпустила, наказав передать Дмитрию, что ищу его. Наши взгляды встретились, и его губы слегка изогнулись в полуулыбке.

– Роза Хэзевей, – сказал он. – Я запомнил твое имя – как ты и велела.

Больше он ничего не добавил, но я сильнее сжала руку Дмитрия, когда мы проходили мимо. Стригой не сводил с меня взгляда, пока мы не вышли наружу и не закрыли за собой дверь.

– Он хочет убить меня, – сказала я.

– Все стригои хотят убить тебя, – ответил Дмитрий.

– Нет, он по-настоящему хочет… Я пытала его.

– Знаю. После этого он оказался в немилости, его положение ухудшилось.

– От этого мне не легче.

– Марлен не тот, из-за кого тебе следует волноваться, – беззаботно ответил Дмитрий. – Твоя схватка с ним лишь убедила Галину, что ты станешь для нас ценным приобретением. Он ниже тебя.

Нельзя сказать, что эти слова меня полностью успокоили. Я воспринимала стригоев как личных врагов и вряд ли могла приобрести в их среде друзей.

Была ночь, естественно. В противном случае Дмитрий не вывел бы меня наружу. Судя по виду фойе, я решила, что мы вышли через переднюю дверь, однако громадный сад вокруг заставил предположить, что мы позади дома.

Или, может, весь дом окружала густая зелень, искусно подрезанная живая изгородь, создающая целый лабиринт. Там и сям попадались маленькие дворики с фонтанами и статуями. И повсюду росли цветы, цветы, цветы. В воздухе ощущался густой аромат; наверно, кто-то немало потрудился, разыскивая цветы, раскрывающиеся ночью. Единственным растением, которое я сразу узнала, был жасмин; его длинные, усыпанные белыми цветами стебли обвивали шпалеры и статуи.