4
0Гигантская фигура в алой и золотой тьме светится золотом, как и ты сама, и ты зависаешь перед ней в эйфории, чувствуя, как струятся сквозь тело потоки первородной стихии.
Дошла.
Ты двигалась вниз, в раскаленные недра Туры, целую вечность, почти потеряв себя. Забыв, как пахнут твои дети. Как ярки цветы летом, как сладок поцелуй мужа и крепки его руки, как ощущается ток воды и земля под ногами, как овевает лицо ветер. Почти потеряв себя, много раз переходя от отчаяния к яростной решимости и обратно, задыхаясь от одиночества и страха умереть — но ты все-таки здесь.
""Маленькая огонек. Смертная дочь Отца. Ты пришла"".
Голос огня как вибрация, что сотрясает тело, заставляет распадаться на частицы и вновь собираться. Голос огня как ласковое поглаживание матери. Как объятия отца, которого ты почти не знала.
""Ты звал, и я не смогла не прийти. Но мне страшно здесь. Так страшно"".
""Не бойся, — рокочет он ласково. — Здесь нет тебе зла"".
Ты сама растворена в огне, потеряна во времени и пространстве. И тело — золотое пламя, и мысли — алые всполохи энергии.
""Зачем ты звал?""
Алое марево волнуется, скручивая чудовищным давлением и снова отпуская. Тягучая стихия, опасная, горячая. Столько силы, что не выдержать. И все же ты выдержала. Спустилась вниз, в пылающую плотную тьму, ощущаемую алой и золотой, нашла того, кто звал, кто может помочь.
""Я слабею. Все вокруг слабеет. Без тебя мне не выбраться наверх, огонек"".
""Что мне сделать?""
Огромный пламенный зверь облетает ее — огонь в огне, сжатая живая стихия в бушующей стихии.
""У тебя вкусная кровь"".
""Я дам тебе столько крови, сколько захочешь"".
""Не обещай так, — вдруг буйно ревет пламя, ощериваясь тысячами оскалов. — Не искушай взять твою жизнь""
""Но ты же не возьмешь?""
Зверь взмахивает гигантскими крыльями, и ты вдруг понимаешь, как он одинок. Ты никак не можешь понять, на кого он похож — потому что облик его постоянно меняется.
""Ты первая, кто пришел сюда, ко мне. Я бы хотел, чтобы ты осталась"".
""Мне тут тяжело, — объясняешь ты, разводя пылающими золотом руками. — Я слишком слаба для такой глубины"".
Пламя тяжело вздыхает. Пламя плачет горючими жаркими слезами — и ты протягиваешь руку и гладишь его морду, похожую сейчас на морду гигантского быка с огненной гривой. Одна ноздря этого быка больше тебя в десятки раз.
""Я знаю, маленькая огонек"".
""У меня наверху дом и семья. Дети. Я скучаю по ним"".
""Я не заберу тебя, — вибрирует стихия. — Не бойся. Здесь нет тебе зла"".
Он снова тих, величественен и спокоен — изменчивое пламя, быстро гневающееся и быстро остывающее, стихия, жестокая и нежная, как дитя. Огненная грива струится в золотой тьме на сотни километров, белые глаза его печальны и любопытны, как у оставленного родителями ребенка. И материнская душа не выдерживает.
