2
0
– Церемонии еще не...
– Берхарт, не нуди, – Олларт повернулся к нему и нахмурился. – Не до твоих нотаций сейчас. Кроме того, он сейчас явно ничего не может сделать. Да и мы ведь тут, не так ли? Так что успокойся уже.
В этот момент в комнату вошел отец, следом за которым семенил невысокий полный мужчина.
– Вот, – остановившись около кровати, отец указал рукой на моего мужа.
– Ну-ка, ну-ка, что тут у нас?– забормотал лекарь, торопливо приблизившись. – Так-так. Тяжелый случай.
Выпрямившись, он оглядел нас строгим взглядом небольших, но колючих глаз и нахмурился.
– Что это вы тут все делаете? Выйдите немедленно. Больному нужен воздух.
Братья подхватили меня под руки и, не слушая возражений, вывели в гостиную. С лекарем остался отец.
Братья что-то говорили, но я толком не обращала внимания, прислушиваясь к тихим словам за дверью.
Он живой. Выживет. Я это знаю.
Но пальцы на руках все равно холодели.
Часть 18
– И еще вот это подпишите, ваше величество, – улыбнувшись, один из советников положил передо мной бумагу, легким движением руки пододвигая в мою сторону чернильницу с пером.
Я все это время наблюдала за ним, поэтому отлично видела, что за приветливой и подобострастной улыбкой скрывается что-то совершенно иное. Для того чтобы понять это, достаточно было взглянуть в глаза советника. Взгляд, несмотря на улыбку, оставался холодным и цепким.
– Что это? – спросила, поднимая бумагу и вчитываясь в строчки, написанные мелким, убористым почерком.
– Вам не стоит беспокоиться, ваше величество, ничего важного, но ваша подпись всё-таки требуется, – быстро отозвался тот. Я глянула на него поверх бумаги. На лице советника тут же словно по команде вновь нарисовалась улыбка.
Качнула головой, снова погружаясь в чтение.
– Ничего важного, – хмыкнула я, опуская бумагу на стол. – Я так понимаю, это смета на какое-то строительство.
Улыбка советника чуть дрогнула.
– И судя по запрошенной сумме, строить собрались второй Вальгард. Эта бумага даже составлена неправильно. Вы же понимаете, о чем я? – нахмурившись, я вздохнула.
Сегодня утром, после долгой и бессонной ночи, наполненной переживаниями о муже и страхом, что лекарь ничего не сможет сделать, лишь чем-нибудь навредит, меня отыскали несколько советников. Несмотря на мои заверения, что вот именно в этот момент ничего делать не собираюсь, им удалось уговорить меня посмотреть и подписать кое-какие бумаги. Они споро увели меня в сторону моего кабинета и принялись дружно кружить, что-то одновременно говоря и подсовывая какие-то бумажки."
"Поначалу я хотела поддаться и поставить подпись везде, где они просили, лишь бы снова оказаться в своих комнатах поближе к мужу, но потом передумала. Еще с детства наставники приучили меня не подписывать ничего, заранее не прочитав.
