Жизнь на общем языке

Роберт Арнольд Генрих все-таки Девятый попал в их дом по воле и благому намерению бывшего ученика Софьи Михайловны, преподнесшего ей такой вот, скажем прямо, весьма недешевый подарок на восьмидесятилетний юбилей три года назад.

– Вот, Софья Михайловна, я счел, что вам непременно нужен песик. Эта порода называется бостон-терьер, их еще называют «массачусетские джентльмены». Они очень добродушные, веселые, живые, очень умные, у них совершенно отсутствует агрессия, и они очень доверчивые. Надеюсь, он будет вам настоящим другом.

И бывший ученик, по ходу жизни ставший весьма состоятельным и влиятельным человеком, торжественно протянул юбилярше корзину, где на специальной мягкой подстилке копошился совсем маленький и совершенно очаровательный щенок, смотревший на них огромными глазенками, темными, как поблескивающие бочками греческие маслины.

Оторопев от неожиданности, Софья Михайловна приняла корзину с необычным презентом, с удивлением рассматривая крутившегося в ней от нетерпения маленького песика.

– Он великолепной породы, шоу-класса, что считается у собак наивысшей категорией качества, от очень родовитых родителей.

Это его документы. – Даритель протянул Клавдии целлофановую синюю папку с клапаном на кнопке, в углу которой красовался его личный вензель, оттиснутый золотыми буквами. – Здесь щенячья метрика, ветпаспорт, чемпионские дипломы родителей, все контакты заводчика, заверенные копии его лицензий и сертификатов, а также подробная инструкция по уходу, воспитанию и кормлению. По всем вопросам вы можете звонить и обращаться к заводчикам. Зовут щенка Роберт Арнольд Генрих Девятый, – чуть более пафосно, чем требовал момент, произнес он.

Не то хвалился, любуясь самим собой, не то на самом деле искренне радовался, что смог сделать такой чудесный подарок.

Пашка тем временем забрал из рук Софьи Михайловны корзину, поставил на пол и, подхватив под теплое пузо, с максимальной осторожностью извлек из нее щенка, извивавшегося у него в руках от радости и нетерпеливого желания гулять-бегать-носиться и изучать мир.

Роберт Арнольд Генрих Девятый лизнул розовым язычком руку Пашки и чихнул. Пашка рассмеялся и поставил его на пол. Щенок осмотрелся своими шкодливыми черными глазами-маслинами, покрутился всем тельцем, выказывая миру небывалый восторг… и сделал лужу, даже не присев, отошел от нее подальше и безмятежно улыбнулся, излучая полнейшее счастье и чистую радость.

"

"– Не! – громко рассмеялся Павел, наблюдая за выражением морды крутившегося туда-сюда малыша, от переизбытка эмоций не знавшего куда бежать в первую очередь. – Какой там на фиг Роберт Ромуальдович…

– Арнольд Генрих, – поправил его щедрый даритель.

– Да какая разница, – легкомысленно отмахнулся от замечания Пашка.