Жизнь на общем языке

– Клав, – ответил ей ровным, уверенным тоном Василий, – у меня военно-учетная специальность: снайпер. И ты прекрасно знаешь, что я на самом деле классный снайпер, с врожденными уникальными данными для стрелка и талантом.

– Ой-ой-ой… – прикрыв глаза и с силой придавив пальцами веки, протянула устало-безысходно Клавдия. Убрала руки от лица, посмотрела на него и предприняла последнюю, заранее обреченную на провал попытку вразумить: – Ты служил семнадцать лет назад, Вась. Наверняка же все навыки утрачены.

– Такие навыки не утратишь, тем более я, – перебил ее бывший муж и самый близкий человек.

 – Я прописан здесь и на военном учете состою в местном военкомате, потому и приехал. Я уже позвонил и договорился, что меня примут для прохождения предварительного ускоренного спецкурса в центре «Рус» в Гудермесе, в кадыровском университете спецназа, чтобы восстановить те самые навыки, подобрать опытную команду, пройти совместный курс обучения и слаживания. А для этого мне должны дать направление в военкомате по месту прописки. Меня уже ждут в Чечне.

– У тебя четверо детей, четверо пацанов… – окончательно сдаваясь, выдохнула опустошенная этим известием и его решимостью Клавдия.

– Еще и поэтому, Клав, я обязан туда идти, – покивал, соглашаясь, Василий. – Отец должен объяснить своим сыновьям простые истины, например ту, что долг каждого мужчины – защищать свою Родину. И что это нормально, в этом нет никакого героизма и тем более никакого ложного, показного «ура-патриотизма», это естественно для настоящего мужчины.

– Я понимаю, понимаю, что это твоя убежденность и внутренняя человеческая суть, – уже почти плакала Клава, – но это так… – Она не смогла договорить, все-таки расплакавшись.

– Ну ладно тебе, – притянул ее к себе Вася и обнял. – Ну, что ты, Клавунечка, ну что ты расплакалась, все нормально будет. Ты же знаешь: «Смелого пуля не боится, а труса и в кустах найдет». Так что повоюем, все путем будет.

– Господи, Вася, ну что ты несешь, – жаловалась и слабо возмущалась сквозь слезы Клавдия, прижимаясь к нему. – Пуля никого не боится и никого не щадит: ни труса в кустах, ни героя.

Помолчала, поплакала Василию в плечо, повздыхала, успокаивая себя, всхлипнула и, чуть отстранившись, заглянула ему в лицо.

– Валя знает, что ты воевать отправился, а не в какой-то там вояж неизвестный?

– Знает, – кивнул он и погладил ее по голове.

– И что?

– Ну что ты спрашиваешь? – пожал плечами Вася. – Понимает, отпустила и благословила.

– У шамана была? – спросила с тревогой Клава.

– Была, – коротко ответил Вася.

– Ну что я из тебя все клещами вытаскиваю! – разозлилась и придушенно, чтобы не переполошить домашних, закричала на него Клавдия.