2
0На этот раз нужно было сделать партии мыла побольше. После ужина мы с Камалой и Китой встали к котлам — мешать варево.
Опасений, что девушки узнают рецепт и начнут собственное производство, не было. Во-первых, я не собиралась делать из состава мыла секрета. Если оно распространится в этом мире, и местные жители станут чище, это будет однозначное благо. А во-вторых, не знаю как, но чудодейственные свойства мыло приобретало благодаря моей магии, и только на конечном этапе производства. Так что вряд ли кто-то сможет повторить то, что я делала. Но даже если и так — мой путь лежит в другой мир, и там в любом случае нужно будет начинать все заново.
Пришлось еще несколько раз гонять Лалу и Париту на рынок, а потом и в уже закрытые лавки. Наступил вечер, и торговый день подошел к концу. Слава местным богам, здешние купцы всегда были готовы заработать деньги, поэтому девочкам никто не отказывал.
В последний раз сестры вернулась уже в сумерках. Они ожесточенно спорили, и довольно громко. Я как раз разливала мыло из котла в формы, которые держала Кита. Девушка, глянув на дверной проем, куда как раз вошли наши блондинки, вздрогнула, и подставилась прямо под горячую струю. Я лишь чудом увела котел в сторону — его пришлось обнять, рискуя обжечься самой.
Зато выяснила, что от контакта с раскаленным металлом я не получаю ожогов. Это что, мне теперь можно не пользоваться прихватками?
— Ты очень глупа, Лала, если думаешь, что госпожа ведьма разрешит тебе его оставить! — громко возвестила Парита. — Она и так слишком добра к тебе. Так ты решила воспользоваться этим, и притащить в дом облезлого заморыша!
— Госпожа Тория любит котиков! — горячо возражала Лала. — У нее фамильяр тоже кот!
— Поэтому ты собралась устроить тут зверинец? — фыркнула Парита. — Ой, госпожа Тория, я вас не заметила, простите. Позвольте, я помогу вам!
Она сунулась к котлу, и пришлось резко убрать его — металл по-прежнему был горячим. Я от греха поставила его на пол. Посмотрела на Лалу.
— И о чем вы спорили? — поинтересовалась я, пытаясь рассмотреть, что девушка прячет за спиной.
— Простите, госпожа, — потупилась девушка. — Но на него напала огромная собака, и я не смогла пройти мимо!
— Ага, рыжая такая, — подтвердила Парита. — У меня сердце в пятки ушло, когда она кинулась защищать этого блохастого помойника!
— Ничего он не помойник! — возразила Лала. — Я его отмою, а от блох у госпожи Тории зелье есть. Вы же разрешите его оставить, госпожа? Он никому не помешает, обещаю!
— Мряф! — подал голос предмет спора, и мне, наконец, удалось его разглядеть.
Лала держала на руках грязнющего кота, шерсть которого когда-то была, наверное, белой. Сейчас можно было точно определить только цвет его глаз.
