Кафедра

— Издеваешься? — сжав кулачки, гневно произнесла Алиса. — Они же намертво заморожены!

— Естественно, — пожал плечами я, удивившись такой реакции. — Иначе в тепле быстро бы всё испортилось, и риск отравления превратился из риска в реальность. Мой короб до двух дней хорошо держит температуру. И аккуратнее с ним: я обещал вернуть его в ресторан.

— Предлагаешь грызть ледышки? А сам-то тёпленькое всё ел!

— Ну так и вы разогрейте.

— Ты хочешь сказать, что сам смог разогреть? Прямо в купе, без артефактов усиления или хотя бы простой печи? Будь на твоём месте кто-то выпускников Академии, то в такое бы легко поверила.

Но второкурсник…

— Подожди! — перебил я Владимирскую. — То есть, Алиса, ты утверждаешь, что не можешь совершить подобное простенькое действие?

— Мы и втроём не справимся! Во-первых, ещё не знаем нужных схем пентаграммы, а во-вторых, даже объединившись, не сможем напитать её энергией.

— Да какие вы тогда, к бесам, одарённые?

— Настоящие, но не обученные до конца! Как и ты!

— Ладно, — прекратил я этот спор и взял дело в свои руки.

Быстро начертил на столе вокруг еды нужную конструкцию и активировал её своим Даром.

Блинчики тут же оттаяли и вскоре окончательно приготовились до нужного состояния. Но девушки с открытыми ртами уставились не на них, а на меня.

— Охренеть… — первой отмерла Кристина. — Родя… Как так?

— Легко и непринуждённо, — ответил я и снова запрыгнул на свою полку. — Приятного аппетита.

После этого потерял всякий интерес к происходящему внизу, открыв одну из книг, взятую с собой в дорогу. Но по издаваемым девушками звукам, главным из которых был стон наслаждения, сразу понял, что мастерство поваров «Бригантины» оценено по достоинству.

Спокойные минуты закончились вместе с блинчиками. К сожалению, достаточно быстро.

— Родион! Спасибо! — раздался голос Алисы, оторвав меня от занимательного чтения. — Это было восхитительно! И… Извини, если иногда перегибаем палку в отношении тебя. Во всяком случае, я точно перегибаю. Сама всё понимаю, но ты действительно прямо выбешиваешь своей бесхребетностью."

"— И это очень странно, — продолжила намечающийся допрос Хвостова. — В тебе же силища немереная, раз так легко смог наполнить пентаграмму энергией! Другой бы с такими резервами в боевики подался, а не к демонским филологам.

И стал бы лидером не только своей кафедры, но и всего факультета. Ты же вместо этого сопли по щекам размазываешь. Почему?

— Не размазываю, — выдвинул я свою версию для поддержки легенды нового Булатова. — Просто мне на вас плевать с высокой колокольни. Думал, что в Академии будут реально крутые одарённые, а вместо этого попал в детскую песочницу. Ну, а вы моё равнодушие приняли за слабость. Лень было разубеждать.