Кафедра

Деньги кладём в одну кучу, одежду в другую.

— А оружие и папиросы? — поинтересовался наиболее любознательный.

— Ножички оставьте себе. Будет чем отбиваться от возбуждённых содомитов, когда в голом виде по улице пойдёте. Папиросы тоже оставьте. Хоть покурите после секса, если отбиться от домогательств не выйдет. Видите? Я ж не зверь какой-то там! Забочусь о ближних! Цените это, юродивые!"

"Как только деньги были сложены, я наклонился, чтобы подобрать их. А Витёк не зря был главарём этой шайки. Резкий паренёк! Воспользовавшись моментом, он подскочил ко мне и попытался огреть по темечку ещё не надетым ботинком.

Зря он недооценил противника. Закончилось это геройство отбитой Витькиной мошонкой. После моего удара он схватился за пах и с воем стал кататься по земле.

— Запомните, мои дорогие чада! — не обращая на него никакого внимания, обратился я к остальному голожопому воинству. — В данном районе я вас больше не вижу. Иначе… Ну, плату нахождения на мой земле вы знаете. Если кому понравилось, то может смело возвращаться. А теперь забираем своего поверженного товарища и бегом отсюда!

Никто не посмел ослушаться.

Глядя на убегающих ничтожеств, ещё десять минут назад считавших себя королями улиц, я брезгливо поморщился. Что шпана, что химеры — одного поля ягоды. Уважают лишь силу и готовы пресмыкаться перед теми, кто её демонстрирует. Но у химер хотя бы потусторонней природой заложено подобное, а эти…

Взяв конфискованную одежду, бросил её в первый попавшийся мусорный бак. Потом кинул в него несколько горящих старых газет и в поисках заветной еды пошёл дальше. Заодно пересчитал награбленное у грабителей. Негусто.

На пару бутылок водки хватит, не больше. Нет, всё-таки шмонать Сущностей выгоднее, хоть и более хлопотно.

Выйдя на широкую улицу, почти сразу же увидел небольшой ресторанчик со скромной, но элегантной вывеской. Зайдя в него, уселся за свободный столик и подозвал официантку.

— Так, красавица… — открыв меню, начал я гастрономический тур. — Борщика мне со сметанкой. Слабой прожарки стейк из мраморной говядины. К нему мелкий молодой картофель и овощи. Далее на десерт два пирожных… Вот эти большие корзиночки со взбитыми сливками и фруктами.

Только без малины. Я её, кажется, не люблю.

— Что будете пить, господин?

— Под борщ — грамм пятьдесят водочки. К говядине — сухое вино. Красное, кахетинское.

— Всё это вам обойдётся в один серебряный рубль и шестьдесят восемь копеек, — глядя на мою не очень презентабельную одежду, осторожно намекнула девушка о приличной цене.

— Ничего страшного, — вальяжно отмахнулся я, внутренне присвистнув: на эти деньги прошлый Родион мог несколько дней питаться. — И ещё хочу узнать, делаете ли вы доставку.