Извращенная гордость

Я отослал ее, прежде чем вразумить твоего друга.

— Он жив.

— Сломал несколько костей, но жив, да, — ответил Фабиано.

Я должен был убить его. Если бы я знал точные детали, я бы отдал приказ убить.

Адамо вздохнул с облегчением."

"— Ты сохранил им жизнь, чтобы я сделал татуировку завтра, верно?

— Это не входило в мои планы, — сказал я. — Я думал, ты захочешь стать Фальконе.

Адамо отвернулся.

— Ты никогда никого не щадишь без причины.

— Сделай тест на наркотики, Нино, — приказал я.

Нино скрылся в своем крыле.

— Я чист, — выпалил Адамо, но его голос дрожал.

Я повернулся к нему спиной, мои пальцы сжались в кулаки.

Почему Адамо все усложняет? Я не знал, как справиться с его дерьмом, особенно с наркотиками. Ему нужно было понять, что он идет по опасному пути.

— Я сказал правду, — сказал Фабиано Адамо.

— Может, Мейсон ее заставил. Ты ничего не знаешь, — пробормотал Адамо.

Нино вернулся и жестом пригласил Адамо следовать за ним в ванную комнату для гостей, чтобы пописать на тест-полоску. Когда они вышли и я увидел выражение лица Нино, я сорвался. Я схватил Адамо за воротник и швырнул на пол.

— Что я говорил тебе о наркотиках? Ты хочешь, чтобы в конечном итоге, как все потерянные неудачники бродить по нашим улицам? Да что с тобой такое?

Адамо пожал плечами.

— Мы с друзьями берем их время от времени, чтобы расслабиться.

Я тяжело вздохнул. Адамо лежал подо мной совершенно неподвижно. Я сделал глубокий вдох, подавляя ярость, сжигающую меня, затем поднялся на ноги.

— Ты больше ничего не возьмешь, или я убью всех твоих так называемых друзей. Богатые родители или нет. А теперь ты отвезешь свою новую машину на тест-драйв к Харпер домой и скажешь ей, что больше не будешь давать ей бесплатные наркотики.

Если ей нужны наркотики, она может прийти ко мне и заплатить обычную цену. Понятно?

Адамо заморгал на меня.

— Понятно, — медленно сказал он, садясь. — Моя новая машина?

Я бросил ключи на пол рядом с ним.

— Купил тебе «форд-мустанг Лимген» в красно-черных тонах, который уже несколько месяцев служит тебе заставкой.

Адамо взял ключи.

— На мой день рождения?

— На твой день рождения и посвящение. А теперь поговори с Харпер и возьми с собой Нино, — сказал я и направился в гостиную, прямо к боксерской груше.

Я начал пинать и бить, но мой гнев не уменьшился.

Через мгновение ко мне присоединился Фабиано.

— Полагаю, мне больше не нужно присматривать за девочками?

Я ничего не сказал. Я не хотел думать о Серафине сейчас, потому что если я начну думать о ней, то могу разрушить свой гребаный план.

В поле моего зрения появился Фабиано.

— Эта девушка его обманула.

— Я знаю, — прорычал я и отправил грушу в полет. Крюк затрещал, но держался на потолке. — Как насчет спарринга?

— Не похоже, что ты хочешь драться.