Извращенная гордость

Моя кожа была совершенно безупречной, поэтому я решила отказаться от тонального крема и только нанесла немного румян и туши, прежде чем выбежать из своей комнаты и вниз по коридору к лестнице.

Я значительно замедлила шаги, когда услышала Данило, Сэмюэля и папу в фойе внизу. Было бы неразумно делать вид, будто я спешу подготовиться к встрече с любым мужчиной, даже с моим женихом.

Они пожали друг другу руки и обменивались любезностями. Я встречалась с Данило несколько раз. Я была обещана ему с четырнадцати лет, а он с шестнадцати, но на этот раз это чувствовалось слишком интимно.

Всего через три дня я стану его женой и разделю с ним постель. Данило был очень привлекателен и имел большой успех у девушек — дамский угодник — но для меня он всегда был идеальным джентльменом. Он был одет в белую рубашку и черные брюки, его темные волосы были безупречны.

Я сделала первый шаг, нарочно поставив ногу на скрипучую ступеньку, вытянув одну длинную ногу и высоко подняв голову.

Все взгляды обратились ко мне. Взгляд Данило остановился на моих обнаженных ногах, затем он быстро поднял свои карие глаза, чтобы встретиться со мной глазами, улыбаясь.

Папа и Сэмюэль мельком взглянули на мои ноги, но их реакция была менее чем взволнованной. Папа был терпелив и любвеобилен с мамой, нами детьми, и даже с Сэмюэлем, который легко забывал, что он был младшим боссом Миннеаполиса — которого нужно бояться. Я быстро вспомнила, каким страшным он может быть, когда он положил руку на плечо Данило с жестким выражением лица.

— Я хотел бы дать тебе кое-что в моем кабинете, Данило, — сказал он холодным голосом.

Данило не был впечатлен переменой настроения моего отца. Он собирался стать самым молодым младшим боссом в истории наряда и практически уже правил Индианаполисом, потому что его отец был очень болен.

Он коротко кивнул.

— Конечно, — спокойно ответил он, выглядя намного старше своих лет.

Закаленный, взрослый. Он был больше мужчиной, чем я ощущала себя девушкой. Данило еще раз улыбнулся мне и последовал за отцом.

Я спустилась по оставшимся ступенькам, и Сэмюэль преградил мне путь.

— Иди переоденься.

— Прошу прощения?

Он указал на мои ноги.

— Ты показываешь слишком много ног.

Я указала на свои руки и горло.

— А еще я показываю шею и руки. — я подняла одну ногу. — И у меня красивые ноги.

Сэмюэль посмотрел на мою ногу, потом на лицо и нахмурился.

— Да, но Данило не должен этого знать.

Я фыркнула, затем быстро огляделась, обеспокоенная тем, что Данило был достаточно близко, чтобы услышать.

— В первую брачную ночь он увидит больше, чем мои ноги. — Непроизвольный жар обжег мои щеки. Лицо Сэмюэля потемнело.

— Уйди с дороги, — сказала я, пытаясь пройти мимо него.

Лицо Сэмюэля потемнело.

— Иди переоденься, Фина.